Энциклопедия древнескандинавской мифологии и культуры. Издание 1

Самого Ода часто ассоциируют с Одином, существует распространенная версия о том, что Од – смертное воплощение владыки Асгарда, который таким образом мог делить ложе с Фрейей, будучи мужем Фригг.

Этимология имени и связь с Одином

Этимология имени Од остается предметом споров. По версии Э. Орчарда («Словарь норвежских мифов и легенд»), форма Од («О?r») восходит к имени Один («О?inn») и, соответственно, может быть переведена как «яростный», «безумный» или «одержимый». Возможно дальнейшее восхождение к форме «wodanaz», развившейся из протогерманской «wodaz», которую лингвисты связывают с латинским словом «vates» и староирландским «fаith», оба переводятся как «провидец».

В. Орел («Справочник германской этимологии»), Р. Клисби («Исландскоанглийский словарь») и ряд других исследователей приводят множество вероятных переводов имени Од.

Наиболее популярными являются следующие версии – «ревностный» (от староанглийской формы «wod»), «прибывающий в возбуждении» (от старогерманской формы «wuot»), «ум», «душа» или «чувства» (от прилагательных форм «wodaz» или «wodo», именно в этом значении слово «О?r» используется в строфе 18.

Э. Орчард пишет о том, что форма Од может быть связана с такими словами как «песня», «поэзия» и «вдохновение». Собственно уже упомянутое староирландское слово «faith» позже стало использоваться в значениях «вдохновленный» и «поэт». М. Монье-Уильямс проводит лингвистические аналогии вплоть до санскритской корневой основы «vat», которая имеет значение«раздувать/распалять».

Упоминания в древнескандинавских текстах

Первое упоминание имени Од встречается в «Прорицании в?львы» из «Старшей Эдды» и является кеннингом богини Фрейи (в оригинале – «О?s mey gefna», что значит «девушка Ода»). Также об Оде говорится в «Песне о Хюндле», где Хюндла смеется над Фрейей, говоря, что богиня сбежала к Оду, который «всегда исполнен желания». По мнению К. Ларрингтона, здесь нет никаких указаний на связь Ода с Одином и другими мифологическими персонажами, так что это вполне может быть случайный герой.

Д. Линдоу исключает возможность любых предположений относительно искомого эпизода, тогда как Б. Нэсстрем более критична – основываясь на предположениях Э. Бугге, она высказывает мнение о том, что данный персонаж призван подчеркнуть похотливость Фрейи. По мнению Б. Нэсстрем, исследователи, высказывающие иные версии, излишне романтизируют искомый эпизод.