Запасной выход из комы

 – Сегодня мне из-за вашего каприза пришлось отменить вызов другого клиента. Вы отказываетесь от моих услуг, более ради вас я свой график не нарушу. У вас есть окошко десятого декабря!

– Но сейчас июнь! – напомнил врач.

– И что? – прищурилась Эбелина.

– У вас не может быть расписания, как у оперной певицы, – отрезал Маслов.

– Почему? – поинтересовалась дама.

– Вы слесарь!!!

– О! – восхитилась Эбелина. – Ясно. Не первый раз сталкиваюсь со снобизмом малокультурного человека, который считает, что заливаться соловьем на сцене – почетно, а девушка, которая чинит унитаз, – пятый сорт.

Возникает вопрос: когда вас от безудержного потребления вредной пищи прохватит понос, куда вы помчитесь? В оперу или в туалет? Кто вам будет нужнее в случае, если на двери ватерклозета окажется табличка: «Не работает». Лучшее меццо Италии или пятисортная Эбелина? Кому вы больше обрадуетесь, если, прыгая у клозета, увидите оперную диву, распевающую арию Татьяны из бессмертного «Евгения Онегина», или меня с набором инструментов?

Я не выдержала и рассмеялась.

– А вот мне невесело, – поморщилась Мюллер, – плакать хочется из-за человеческой глупости, снобизма, высокомерия и гордыни.

Филипп Андреевич пошел к двери.

– Татьяна, давай переберемся в другой кабинет. Эвелина здесь займется починкой.

– Нет, – возразила дама, – во-первых, мое имя Эбелина! Во-вторых, владелец унитаза обязан присутствовать во время ремонта.

– Зачем? – изумился Маслов.

– Вы оставите младенца в кабинете педиатра одного? – поинтересовалась Эбелина.

– Конечно, нет, – ответил Филипп Андреевич.

– Доктор, запомните: унитаз ваш новорожденный ребенок, – продекламировала Эбелина, – хрупкий, нежный, эмоциональный, ранимый.

– Ш-ш-ш-ш, – донеслось из туалета.

Маслов взглянул на меня.

– Я подожду, пока Эбелина устранит поломку, – успокоила я врача, – никуда не тороплюсь.

Глава 9

Дама открыла дверь, мне стали видны унитаз и душевая кабина.

– Как его зовут? – поинтересовалась Эбелина.

Я подумала, что она проверяет, запомнили ли мы с доктором имя старика, и живо произнесла:

– Гектор.

– Здорово, он мой тезка, – обрадовался старичок.

– Кто? – не поняла я.

– Унитаз, – уточнил дедуля. – Милый Гектор, не плачьте, все будет хорошо.

– У толчка не бывает имени, – отрубил Маслов. – Чушь какая-то.

– Вот поэтому он у вас и не работает, – печально констатировала Эбелина. – Ваши варианты? Его надо как-то назвать.