Зимнее лето весны

– Поэтому вы решили, что модель, хавающая сок, должна непременно нацепить национальный костюм?

– Да.

– Супер. Допустим, всякий из потенциальных потребителей вашего «Ква-ква» часто видит баб в подевках и венках с лентами…

– «Кап-кап»! – возмутился Жорик.

– Угу, но почему прикид украинский? Мы в России живем! Тут нужен сарафан с кокошником, – завершил выступление Фомин.

– Не знаю, – признался представитель фирмы. – Сценарий писал Гоша, а его выгнали.

– О! – поднял указательный палец Николай.

– Нет! – испуганно вскрикнул Жорик.

– Тады, зая, снимаем по-моему! – отрубил Фомин. – Катьку раздеть!

– Догола? – уточнила Лиза.

– «Кап-кап» рекомендован для детского питания, – живо напомнил Жорик.

– Мини-шорты, – принял решение Николай, – топик, и чтобы грудь соблазнительно вываливалась.

– Ребятишки… – загудел было Жорик.

– Зая тошнотворная, – каменным голосом процедил Николай, – у крошек денег нет, они пьют, что им родители купят.

Пока режиссер и Жорик спорили по поводу наряда модели, Катерина, абсолютно не стесняясь присутствующих, вылезла из разноцветных юбок и натянула трусы из джинсовой ткани. На верхнюю часть тела девушка приладила два кусочка материи размером с почтовую марку.

– Теперь другое дело, – обрадовался Николай. – Постойте, а где сиськи? Пусть их будет видно!

– Нечего показывать, – ехидно пояснила Лиза.

– Не понял! – вскинул брови Николай. – Эй, Катюха, зая уродливая, где формы?

– Модель типа грабли, – заржал Миша и расчихался. – Ну откуда у нее бюст? Отродясь не имелось. Один скелет, ни грамма мяса.

– Минуточку… – напрягся Фомин. – Вчера Карину снимали, тоже не Рубенс, но какие буфера! Четвертый номер.

– Она силикон вставила! – взвизгнула Катюха. – Чистая клизма! А я натуральная! Все родное!

– В твоем случае лучше иметь чужое, – резюмировал Николай и поморщился.

– Не переживай, – весело воскликнула Лиза, – ща такую Памелу Андерсон забацаем… Во!

Непонятным образом в руках Лизы очутились лифчики с силиконовыми вставками.

– Какой размерчик желаете? – спросила она.

– Шестой, – буркнул Фомин.

– Она упадет! – помотал головой Миша и принялся кашлять. – Силикон перевесит!

– Ерунда! Заткнись! – взвыл режиссер и вылетел из студии.