Завещание рождественской утки

– Какое? – попался на удочку болван.

Я на секунду призадумалась.

– Через пятнадцать минут встречаемся в кафе «Три поросенка» на улице Михаила Топтыгина. Не опаздывайте, я человек чрезвычайной занятости, ждать не стану. До свидания, дорогой Буратино, надеюсь, вам не встретится лиса Алиса. О, примите дружеский совет: никогда не зарывайте деньги на Поле Чудес в Стране Дураков.

– Эй, постойте! – донеслось из сотового.

Идиот явно хотел продолжить беседу, но я уже отсоединилась и пошла в туалет, раздумывая, что делать дальше.

Наверное, надо сообщить Костомарову, что Вера не появилась на службе.

В тот момент, когда я тщательно намылила руки, телефон, положенный на полочку, естественно, начал трезвонить. На дисплее высветилось имя «Олег».

Я схватила трубку.

– Знаешь Веру Филиппову? – забыв поздороваться, как всегда, очень громко спросил бывший муж.

У меня затряслись руки.

– Да.

– Можешь приехать прямо сейчас? Наш офис теперь находится по новому адресу, вышлю его эсэмэской.

– Что случилось? – чувствуя приближение большой беды, пролепетала я.

– Это не телефонный разговор.

– Хоть скажи, она жива?

– Ты приедешь?

– Уже выхожу из издательства.

– Ты находишься в «Элефанте»? Отлично. Мы недалеко расположены, – обрадовался Олег.

* * *

Прошли те времена, когда я так злилась на бывшего супруга, что не могла его видеть[3 - Почему Олег и Вилка развелись, рассказано в книге Дарьи Донцовой «Зимнее лето весны», издательство «Эксмо».

]. Теперь нас связывают ровные отношения, а Тонечка, вторая жена Олега, не только моя лучшая подруга, но и родственница[4 - Подробно об этом читайте книгу Дарьи Донцовой «Ночной кошмар Железного любовника», издательство «Эксмо».].

– Что с Верой? – спросила я, ворвавшись в кабинет Куприна.

Олег показал рукой на стул.

– Устраивайся и познакомься с моим новым заместителем Валерием Индиковичем Пиратино.

– Ой… – вырвалось у меня. – Извините, это вы звонили? Не расслышала вашу фамилию, да и отчество у вас очень редкое.

Подумала, кто-то решил пошутить и…

Сообразив, что несу чушь, я замолчала.

– Ерунда, я давно привык к такой реакции людей, – улыбнулся симпатичный брюнет, стоящий у окна. – Те, кто со мной впервые встречается, зовут меня Валерием Индюковичем Буратино. Ну не объяснять же всем, что мой предок итальянец, которого в конце восемнадцатого века пригласили обучать пению дочь дворянина Рязанова.