Вулкан страстей наивной незабудки

– Посетительница говорит, что приехала с Моисеенко. Ее зовут Карина Хлебникова, – пояснил парень.

– Простите, Галина Сергеевна, вы пришли не одна? – поинтересовалась я.

– Меня привез шофер, Сергей, – объяснила клиентка, – он в машине на парковке остался. А что?

– Имя Карина Хлебникова вам известно? – продолжала я. – Она находится внизу, утверждает, что прибыла с вами.

– Боже! Кара! – воскликнула Моисеенко. – Как она узнала, куда я поехала? Глупый вопрос! Ей водитель рассказал. Конечно, знаю. Каруся – моя дочь.

– Понятно, сестра Гортензии, – кивнула я.

– Нет-нет, – возразила Моисеенко, – Горти и Кару в первом классе посадили за одну парту. Они подружились, и с тех пор всю жизнь вместе. У Карины рано родители умерли, она еще в институте училась, когда сиротой осталась, я считаю ее своей доченькой. Карочка наш с Горти добрый ангел, мы бы без нее пропали. Она очень не хотела, чтобы я к вам ехала. А я впервые ее не послушалась, сердце за Гортензию болит. Отправилась к вам тайком. Каруша Сергею позвонила, тот ей все и доложил.

Водитель честный парень, услужливый, его нам Кара нашла, и парень считает своим долгом сообщать ей обо всех моих передвижениях. Только не подумайте ничего плохого, названая дочь за меня переживает, боится за мое здоровье. Кара сейчас расстроится. Ой! Опять сердце заболело. Когда я нервничаю, сразу плохо становится.

– Если не желаете видеть Хлебникову, ее не пропустят, – успокоила я клиентку.

– Ну что вы! – засуетилась Галина Сергеевна.

– А вот и тонометр, – сообщила Буль, – сейчас узнаем, что да как.

Любовь Павловна начала мерить Моисеенко давление и вскоре объявила:

– Чуть высоковато, но не страшно. Галина Сергеевна, какие лекарства вы пьете?

– Не знаю, душенька, – ответила дама, – Карочка покупает, в коробочку складывает. Мое дело утром и вечером таблетки принять. Открываю одно отделение шкатулки, на крышке день недели написан, например вторник. И глотаю содержимое. Такие пилюльки, одна белая круглая, другая желтая овальная и половинка розовой.

Каждое воскресенье Карочка мне новый набор на неделю собирает. Я без Кары как без рук. А вот и она!

В приемную вошла стройная девушка в джинсах и толстовке.

– Каруся, не сердись, – всхлипнула Моисеенко, – я проявила инициативу.

– Мама Галя, я тебя люблю, ты все сделала правильно, – произнесла Хлебникова. – Можно сесть?

– Конечно, – улыбнулась я. – Чай, кофе?

– Спасибо, ничего, – отозвалась незваная посетительница.