Стриптиз Жар-птицы

– Сам приеду, – обещает N, – только впусти меня тайно.

Дана надевает мягкие лаковые туфли и тихонько открывает дверь, мужчина проскальзывает в дом.

Жозя ничего не слышит, в вольерной оглушительно щебечут птицы, а Дана действует беззвучно.

Что же было потом? Таинственный незнакомец поднялся в мансарду. Ясное дело, Гарибальди не могла его угостить в столовой, предложила кофе в мансарде. N улучил момент, подсыпал Дане рецитол, затем вымыл свою чашку, вернул ее на место и тихо покинул особняк. Жозя, занятая птицами, ничего не услышала, а я была в аэропорту.

Почему убийца не убрал кружку Даны? Наверное, забыл. Или хотел, чтобы ее нашли, сделали анализ и поняли – она объелась рецитолом, пытаясь купировать мигрень.

Вроде все складывается, но преступник совершил ошибку: памятуя об отпечатках пальцев, он протер чашку, на ней не нашлось ничьих следов, кроме моих – я же схватила ее. Но на чашке непременно должны были присутствовать пальчики Даны! А их нет. Следовательно, посудину вытерли после того, как Данка ее опустошила.

Дело за малым: найти N.

Я вскочила и побежала к выходу. Это мужчина! Может, даже ее любовник! Вполне вероятно, что Жозя о нем и не слышала – Данка, не желая нервировать старушку, скрывала свои амурные дела.

Во что бы то ни стало мне нужно отыскать мобильный Даны, в нем есть телефонная книжка. Ну не дура ли я! Каким образом Данка узнала, когда следует открыть дверь гостю? Он ей позвонил! В аппарате остался его номер! В сотовом у Гарибальди, естественно, имеется определитель – когда я звоню ей, подруга берет трубку и сразу кричит: «Привет, Тараканова!»…

И тут ожил мой телефон.

– Жозя, ты? – заволновалась я. – Что случилось?

– Все замечательно, – отрапортовала старушка. – Извини, может, я зря тебя побеспокоила, но твоя лошадь нервничает.

– Моя… кто? – не поняла я.

– Конь, – уточнила старушка. – Ну тот, которого ты вчера привезла, лохматый такой. Он громко плачет. Может, скучает? Или голоден? Хотя семечки есть не стал.

Черт побери, я совсем забыла про Мусю! Несчастного щенка не покормили, не попоили, не вывели гулять. Впрочем, думаю, проблему с туалетом он уже решил самостоятельно, и мне предстоит мыть полы в доме.

– Сейчас приеду, – пообещала я. – Ты не бойся Мусю, он пока не умеет кусаться.

– Мне и в голову не придет лошадки пугаться, – засмеялась Жозя. – Предполагаю, что она очень голодна. Вот, на моих глазах табуретку грызет.