Ужас на крыльях ночи

– Зачем рекламировать инвентарь, если он и так уходит влет? – с запозданием удивилась я.

Савелий потер ладонями уши.

– К сожалению, сейчас наметился спад покупательского спроса. Почему? На рынке появилась фирма «Огородтрестсад», которая выпускает недолговечные, топорные, дорогие…

– Погодите, это же вы, – растерялась я.

Екатерина покраснела.

– Мы «Садтрестогород». Морозовцы специально так назвались, чтобы нас путали!

– Некрасиво, – согласилась я.

– Отвратительно! – вспылила Катя. – Ну ничего, участие в нашей акции такой звезды, как вы, сразу исправит положение.

Наташа откашлялась.

– Научно-механический отдел нашей фирмы разработал и приготовил к выпуску первого в России садово-огородного робота по имени Емеля Премудрый. Это многофункциональный помощник, который заряжается от электросети. Если разрешите, мы вам его покажем.

– Жуть как интересно! – подала из кухни голос Светлана.

Наташа улыбнулась.

– Виола, вы не против?

– С удовольствием посмотрю, – совершенно искренне ответила я. – А что Емеля умеет делать?

– Все! – оживился Савелий. – Сейчас Ната продемонстрирует.

– Мне потребуется минут десять на подготовку, – предупредила брюнетка.

– Отлично, – подал голос Иван Николаевич, – мы пока кофейку попьем.

Савелий взял чашечку, сделал глоток и замер. На его лице появилось удивление, быстро превратившееся в гримасу отвращения.

– Туалет слева по коридору, – живо подсказала я.

Пиарщик молча бросился в указанном направлении.

– Что с ним? – удивилась Катя.

Я схватила поставленный перед блондинкой капучино и со словами:

– Сейчас вернусь, – поспешила на кухню, где ко мне немедленно подступила домработница:

– Наладили робота?

Но я задала свой вопрос:

– Что вы на сей раз насыпали в кофе?

– Заварочку, которую вы купили, и сахар с ароматом ванили, – отрапортовала Светлана.

Я перевела дух и продолжила допрос:

– Из какой вы банки брали песок? Опять из жестянки «Мука»?

– Нет, вон из той, что на столешнице.

– Морфий? С ума сойти! – подпрыгнула я. – Интересно, где произвели эту тару?

– Фиг ее знает, – пожала плечами Света, – не по-русски накарябано, но понятно!

Я схватила банку пронзительно лимонного цвета, прочитала «Morfij» и текст, напечатанный чуть ниже, и рассмеялась.

– Светлана, это упаковка из-под напитка от нервного возбуждения.