Слон для Дюймовочки

Есть еще переливающиеся поля, под цифрой «пять тысяч» – металлическая нить, которая «вживлена» в левую половину купюры, она пять раз «выпрыгивает» из бумаги на оборотной стороне. И еще много чего есть такого, чем нормальные деньги отличаются от тех, которые делаются незаконно. Но хватит и того, что рассказал.

– Могла не заходить почти на середину болота, – пригорюнилась я. – Ехала домой словно в компрессе. Джинсы никак высыхать не хотели. И что делать?

– Ты помнишь, что должна ехать к Олегу Марковичу, автору книги про брошь? Он тебя ждет в двенадцать, позднее у него времени нет.

– Не опоздаю, – кивнула я и продолжила: – Фоторобот не составить. Колдун приклеил бороду лопатой, натянул парик. Подозреваю, что и брови у него не свои. Очень уж они густые и слишком черные. В интернете он точно не под своим настоящим именем.

– Слишком черные? – переспросил Кузьмин. – Интересно!

– И примет никаких, как найти мошенника?

– Хватит, – отрезал Кузьмин. – Прямо очень беспокоюсь, что ты опоздаешь к Черешину.

Делать нечего, я ушла в гараж и отправилась в путь. Хорошо, что ехать оказалось недалеко – Олег Маркович живет в пяти километрах от Ложкино.

Историк оказался гостеприимным человеком: он налил в мою чашку хорошо заваренный чай, угостил вкусными шоколадными конфетами. Потом в комнату зашли два шпица, я начала их гладить. Лицо хозяина сменило вежливо-официальное выражение, на нем появилась искренняя улыбка.

– Любите собак?

– Да, – кивнула я, – дома целая стая, плюс кот и ворон Гектор.

– Обожаю животных, – засмеялся историк, – с удовольствием напрошусь к вам в гости. Что привело вас в мою скромную обитель?

Я начала объяснять:

– К нам обратилась девушка, которой очень не понравилось, что ее мать вскоре после смерти мужа, отца нашей клиентки, вышла замуж за человека, который постоянно говорит о своей любви, приносит дорогие подарки. Дочь считает его мошенником.

– Моя бабушка верила, что некоторые ювелирные изделия приносят несчастья, – тихо произнес Черешин. – И на самом деле есть много историй о том, как владелицы ожерелья, браслета или серег умирали одна за другой: бабушка, мать, дочь, вторая дочь, третья.