Тормоза для блудного мужа

– А теперь начни заново, – велела я, – не спеши.

– Вечно меня одергивают, – обиделся Яцек, но подчинился.

Я наконец-то получила возможность разобраться в произошедшем.

Вчера, ровно в одиннадцать вечера, Вера приехала к Яцеку, показала ему на ноутбуке фото кольца и спросила:

– Можете сделать копию?

– С полпинка, – ответил ювелир.

– Вещь нужна срочно, – уточнила заказчица, – и она должна повторять оригинал в мельчайших подробностях. Вместо бриллианта подберите любой камень, который, на ваш взгляд, лучше всего его сымитирует.

– А где Надя? – спросил Яцек. – Надеюсь, с ней все в порядке?

– Какая Надя? – не поняла Вера.

Потоцкий указал пальцем на экран.

– Я делал это кольцо для нее пару лет назад. Больше Надюша мне не звонила, а сейчас вы пришли. Постойте-ка! Вас же ко мне направила Даша Васильева? Что с Надей? Можете не отвечать! Я догадался! Она умерла? Передоз? Говорил я ей, бросай наркоту. Но вам-то зачем ее колечко? Копия копии? Подобного заказа я еще не получал.

Вера стукнула кулаком по столу.

– А ну перестань стрекотать! Объясни по-человечески! Я о Наде никогда не слышала!

Яцек смутился и примолк, но Вера заставила ювелира сказать правду. Лет пять назад к Потоцкому пришла клиентка, девушка лет двадцати, назвалась Надей, принесла крупную брошь и попросила:

– Сделайте копию.

Яцек выполнил заказ, Надежда заплатила за работу и ушла. Спустя несколько месяцев она объявилась вновь, на сей раз с браслетом из платины с изумрудами.

Когда Яцек в очередной раз открыл постоянной заказчице дверь, она икнула, покачнулась и, сев на пол, сказала:

– У тебя паркет пляшет, как палуба на теплоходе.

От Нади не пахло спиртным, зато она постоянно шмыгала носом, чесала его обеими руками. Яцек понял: девица нюхает кокаин, и прямо спросил:

– Зачем тебе копии ювелирки?

– Я плачу деньги и не желаю расспросов, – заявила любительница волшебного порошка.

Яцек заявил:

– Проваливай. Не хочу вляпаться в криминальную историю. Где наркота, там беда.

– Ну ладно, – испугалась Надя, – я не воровка. Драгоценности принадлежат моей матери, она их сама покупала, не на чужие деньги приобретала. Любит мамахен камушки и ни в чем себе не отказывает. Бабка моя никакого отношения к деньгам своей дочери не имеет, они с мамахен не ладили, вечно цапались.