Темные предки светлой детки

– Верно, – согласился Леня, – с прической можно проделать что угодно. Но некоторые части лица после того, как человек вышел из юного возраста, не меняются. Что мы имеем на фото с дня рождения Ани? Узкое лицо, глаза расположены близко к носу, глубоко посажены, лоб высокий, широкий. А теперь посмотрим на копию снимка из паспорта, который Бузурукинская получила в шестнадцать лет. Забудем про шевелюру. Глаза! Они слегка навыкате, раскосые. Переносица широкая. Лоб узкий, низкая линия роста волос. Лицо круглое. По снимку трудно понять, но, похоже, у девушки был синдром Дауна, который не слишком выражен внешне.

Но фотокопии не ахти. Я не вижу, есть ли эпикантус. Он может быть и у человека без синдрома Дауна. Короче, Ксения Федоровна в бургерной не та Ксения, которая получила первый паспорт.

Леня потер руки.

– Бузурукинская умерла, о чем, полагаю, есть запись в соответствующей книге. Потом Бузурукинская ожила и достигла весьма преклонных лет. Вот только внешность ее дивным образом изменилась. Возникают вопросы.

– Да их полно! – подпрыгнула Аня. – Как документы покойной оказались у моей вполне живой бабули? Кто она? По какой причине решила жить под чужим именем?

Сеня потер затылок.

– При наличии определенных связей проделать такой финт можно. Не хочу сказать, что легко и каждый способен на это. Но есть возможность воспользоваться паспортом мертвеца, я знаю пару человек, которые тоже «ожили». В годы перестройки с перестрелкой это был любимый трюк главарей преступных группировок.

Их убивали в каких-то разборках, они погибали в ДТП, а потом в уютном тихом месте быстро строился дом, в который вселялся законопослушный Ваня Иванов и жил себе припеваючи, и до сих пор проживает. И никто не знает, что косточки настоящего Вани давно в лесу закопаны.

– Полагаете, что моя бабушка бандитка? – насупилась Аня. – Между прочим, она была интеллигентной женщиной!

Сеня склонил голову к плечу.

– И что? Полно преступников, которые выглядят и ведут себя, как выходцы из аристократических семей.

Они любят своих детей, а вот чужих спокойно могут пристрелить.

Аня вскочила.

– Бабуля не такая!

– Хотите знать правду? – спросил полковник.

– Да, – кивнула девушка.

– Истина опасна, – продолжал Дегтярев, – она не всегда такова, какой ее хочется знать. Может, вам просто забыть об этой истории? Вы любили бабушку, Ксения Федоровна прекрасно относилась к вам. Что да как у нее случилось до того, как вы появились на свет, не имеет значения.