Созвездие жадных псов

– Знакомься, Коленька, – прощебетала Ребекка, – одна из моих лучших подруг, Лампа.

– Очень приятно, Николай, – сказал мужчина и пожал мою руку.

Минут десять все говорили о жаре, потом перебрались на здоровье…

– Где Лика? – спросила неожиданно Нора. – Право, могла и спуститься, просто неприлично.

– Ей было с утра плохо, – тихо сказала Ребекка, – она после завтрака опять легла. Впрочем, я уходила на несколько часов и не видела, когда она вернулась. Она очень переживает!

– Наша чувствительная, – фыркнула Аня, – посмотрим, как скоро Лика вновь выскочит замуж, попомните мое слово, и года не пройдет.

– Как тебе не стыдно, Нюша, – раздался тихий, но четкий голос из самого дальнего угла, где угадывались очертания кресла.

В гостиной горели только два торшера и бра над диваном, лицо и фигура женщины, укорявшей Аню, тонули в темноте.

– Ой, Тамара, не строй из себя святую, – отмахнулась Аня, – сразу было понятно, что наша Ликочка из зубастеньких.

– Прекрати, – продолжала Тамара, – противно слушать.

– Ничего, ничего, небось в последний раз вместе собрались, – сказала Аня.

– Почему в последний? – удивилась Нора.

– Потому что веселая вдова через полгода вступит в права наследства и продаст этот дом, – припечатала Аня, – и вообще, она нас всех терпеть не может, изображала гостеприимство только ради Славы.

– Лике плохо, – ледяным голосом заявила Ребекка, – она плакала всю ночь, утром давление за сто шестьдесят подскочило.

– Ну и что? – удивилась Нора. – Мы все страдаем, но не привлекаем к себе внимания. Истинная скорбь тиха и безгласна.

Закончив тираду, она быстрым движением поправила идеально уложенные волосы и глянула в большое зеркало, висевшее между буфетом и шкафом с посудой.

– Лике есть о чем плакать, – не успокаивалась Аня, – больше не получится по две шубы за сезон менять, придется старые донашивать.

– Да уж, – вздохнула Нора и быстро добавила: – Но дом мой, так обещал муж.

– Завещание-то еще не читали, – встряла Аня, – Слава небось всех не обидел…

Ребекка быстро попыталась перевести разговор в другое русло:

– Ужин подавать?

– А когда сообщат Славину последнюю волю? – не сдавалась Нора.