Смех и грех Ивана-царевича

А еще нужно приобрести газовую плиту на кухню – та, что там стоит, помнит еще купца Бельского…

Элеонора примолкла.

– Занимательная история, – улыбнулся я. – А при чем тут мы? Навряд ли обман экскурсантов, считающих, что они посещают родовое гнездо князей, можно считать чем-то криминальным. Ну, придумали люди себе аристократические корни, так это не редкость. Сейчас многие уверяют, что их предки служили при дворе Михаила Романова аж в 1613 году. И потом, взяв деньги за билет, Елизавета Матвеевна честно отрабатывает их – показывает народу усадьбу.

– Да, – кивнула Нора. – Кроме того, рассказывает легенды, авторство которых принадлежит Семену. Анфиса тоже занимается туристами. Эмма Геннадиевна и Матвей Ильич исполняют роли благородных стариков – встречают гостей. Бабушка продает план замка и сувениры, среди которых особым спросом пользуется маленький плюшевый барбос, а дедушка шепотом рассказывает историю о собаке-убийце.

– О ком? – еще больше развеселился я.

Элеонора пояснила:

– В Семене явно пропал писатель.

Он придумал сказание о пращуре Михаиле, который жил в тринадцатом веке и отличался большой любовью к женщинам. Понятное дело, что за знатными дамами князь ухаживал, долго добивался их благосклонности, дарил букеты, конфеты…

– Разве в те времена в России уже знали шоколад? – усомнился я.

– Понятия не имею, – отмахнулась Нора. – Может, тогда вялили фрукты, делали яблочную пастилу… Собственно, какая разница? Мы же не кулинарное шоу обсуждаем. О чем я говорила? Ах да! Михаил.

Так вот, этот сластолюбец, любезный с благородными дамами, деревенских девушек якобы просто насиловал и убивал.

– Однако, – пробормотал я.

– В стародавние времена люди не отличались добрым сердцем, – поморщилась Нора. – Один раз Михаил лишил жизни красавицу Светлану…

– Стоп! – снова не выдержал я. – В России имя Светлана стало популярным в девятнадцатом веке, когда в тысяча восемьсот втором году вышел роман Востокова «Светлана и Мстислав». До того существовал вариант «Фотиния», в переводе «светлая».

Спустя несколько лет литератор Жуковский выпустил балладу «Светлана», и имя народ стал использовать. Но в тринадцатом веке была Фотиния.

– Ну и кто об этом, кроме тебя, знает? – заметила Нора. – Народу правда жизни не нужна, да и не в ней соль этой истории. Слушай дальше. У погибшей девушки была любимая собака, водолаз…

Услышав название породы, я снова хотел возразить, но только хмыкнул, постаравшись не расхохотаться во весь голос.