Ромео с большой дороги

 – Мы ждем вас, как договаривались, ровно в тринадцать. Иван Николаевич весь в предвкушении встречи.

Я швырнула трубку на стол.

– Значит, так. Сейчас поеду к этому мачо, владельцу журнала о тряпках, вытрясу из него телефон и адрес девицы, скатаюсь к красотке, отберу шубу и вернусь сюда в компании с твоей шиншиллой.

– Супер, – сонно прошептала Танюшка и начала заползать под одеяло.

– А ты спускайся вниз и устраивайся в гостевой комнате.

– Мне и тут классно.

– Это моя спальня.

– И что? Пролежу матрас? Не вредничай, – пробубнила Таня и блаженно закрыла глаза.

Подпихнув под себя подушку в измазанной остатками своей косметики наволочке, Танюшка, забыв скинуть вечернее платье и изодранные колготки, натянула на себя пуховую перинку и засопела. Я покачала головой. Наша райская птичка абсолютно уверена, что является подарком, все рады увидеть Танюшу у себя дома в любое время и каждый готов освободить для красавицы собственную постель.

В приемной Болтова меня встретила роскошная блондинка.

– Вы к нам? – с самой счастливой улыбкой воскликнула красавица.

– Мне назначено на тринадцать, – кивнула я и представилась: – Госпожа Убейконь.

– Сделайте одолжение, присядьте на минуточку, – попросила девушка.

Я умостилась на холодном, скользком кожаном диване и стала рассматривать окружающий пейзаж. Бело-черные стены, увешанные фотографиями, красная мебель, двери цвета огнетушителя, подвесные потолки с мерцающими лампочками и столы, похожие на железных пауков, – в общем, разбушевавшийся хайтек в самом жутком его проявлении.

– Эй ты! – послышалось слева.

Мы с секретаршей одновременно повернули головы, и я моментально рассердилась на себя: не следует реагировать, если некто в вашем присутствии издает бесцеремонный оклик. А с ним в приемную с топотом ввалился потный дядька в грязных джинсах и сильно мятой рубашке.

– Эй ты! – повторил он и, ткнув в блондиночку корявым пальцем, продолжил: – Скажи там, я пришел.

– Вам назначено? – изогнула правую бровь секретарша.

– Верно, – кивнул нахал и плюхнулся в кресло.

До меня моментально долетел «аромат» пота и несвежей рубашки. Очевидно, до блондиночки-секретарши тоже донеслось сие амбре, потому что на ее личике возникла совершенно непрофессиональная гримаса отвращения.

– Ну? Чего уставилась? – буркнул мужчина. – Вали в кабинет и дерни начальника за жопу.