Приданое лохматой обезьяны

– Он там!

Я подошла к топчану, чуть наклонилась и зажала рот рукой. На подушке без наволочки лежала голова парня. Туловище до подбородка прикрывало одеяло, из которого торчала серо-желтая вата. Я не судмедэксперт, но даже мне стало понятно: Никита мертв.

В сложной обстановке всегда должен найтись человек, который сохранит присутствие духа. Нику трясло в ознобе, и я скинула куртку, набросила ее девочке на плечи и укорила:

– Уже осень, надо потеплее одеваться.

– Мама вещи пропила, – клацая зубами, ответила девушка, – все за водку спустила.

Малышева осеклась, потом неуверенно добавила:

– Он Антонину не убивал.

Я потащила Нику к выходу.

– Пошли.

– Куда? – растерянно спросила девочка.

– Выпьем горячего, – предложила я, вынимая мобильный.

– А Никита? – прошептала Ника. – Его нельзя здесь оставлять!

– Конечно, нет, – согласилась я, – уже звоню, куда следует. Сюда приедут специалисты, но им по пробкам тащиться около двух часов.

Ника вцепилась в мое плечо.

– Спасибо! Мне очень страшно. Вы в милиции каждый день такое видите, а я боюсь.

Когда мы сели за столик в кафе и Ника начала жадно есть горячий суп, я осторожно завела беседу.

– Вообще-то я не служу в уголовном розыске. Пишу детективные романы.

– Типа писательница? – поразилась Малышева. – Я не люблю читать, лучше кинушку посмотреть, от книг у меня начинает голова болеть.

– А Золушка? – возразила я. – С ней все хорошо вышло.

– Это сказка, – отрезала Ника. – Для маленьких и глупых. А в жизни все иначе. Как с Никитой. Я ему говорила: «Не будет хорошо». А он: «Не дрожи, футболисты не плачут. Нарублю баблосов, и мы с тобой поедем к черепахам».

– К черепахам? – удивилась я.

Малышева смущенно улыбнулась.

– Я передачу по телеку видела про остров, где живут гигантские черепахи, на них можно верхом кататься.

– Где Никита собирался найти денег? – спросила я.

Ника вытерла нос рукой, потом взяла салфетку и промокнула пальцы.

– Ему один дядька обещал.

– Просто так? – удивилась я. – В подарок?

Малышева с хлюпаньем проглотила последнюю ложку супа.

– За услугу. Правду хотите узнать? Бесплатно не расскажу.

Мне оставалось лишь удивляться титанической крепости нервной системы собеседницы.