Полет над гнездом индюшки

Вот это молодец, разбудили среди ночи, а он с оружием!

– Там никого нет, – констатировал полковник, – комната пустая.

– Совсем? – спросила Зайка и поежилась.

– Совершенно ничего нет, – сердито ответил Дегтярев.

– Как? И мебель вынесли? – заорала Маня.

Полковник уставился на девочку.

– Ну почему тебе в голову приходят дурацкие вопросы: естественно, стол, диван и кровать находятся на своих местах.

– Ты же только что сказал: «Ничего нет», – не сдавалась Маня.

– Правильно, – кивнул Александр Михайлович, – посторонних нет вообще, люди в помещении отсутствуют.

– Тогда нужно сказать «никого нет», – заявила с подростковой занудливостью Маруська, – сам неправильно выражаешься, а потом обижаешься, что тебя не так понимают!

– Тихо! – сердито рявкнул Кеша. – Пожара нет, воров тоже…

– Ты зачем нас разбудила? – обозлилась Зайка. – Опять обчиталась на ночь Марининой?

Ко мне вернулся голос, и я начала путано объяснять ситуацию:

– Там… за окном… Сара Ли. Она хотела войти, но как кукла выбралась из контейнера?

– А ну еще раз – и спокойно, – потребовал полковник.

Я собрала все самообладание в кулак и изложила историю.

Ольга фыркнула и повернулась к Аркадию:

– Вот, любуйся, до чего может довести неумеренное потребление антихудожественной литературы. Совсем с ума сошла.

– Не ругайте Дарью Ивановну, – попробовала заступиться за меня кухарка Катерина, – я как поглядела по телику фильм про людоедов, так трое суток спать не могла, прям вся тряслась!

Но наивное заступничество только больше обозлило Зайку.

– Тебе после прочтения кулинарных рецептов кошмары не мерещатся?

– Нет, – ошарашенно ответила Катерина.

– Странно, – пожала плечами Зайка, – представь только шеренги марширующих кур, которых ты сварила, пожарила и запекла!

– Хватит, – вздохнул Кеша, – завтра всем на работу рано вставать.

– Кроме Даши, – не преминула заметить Зайка, – нас только перебаламутила, подняла на ноги, а сама завтра будет дрыхнуть до полудня.

Недовольно ворча, Кеша и Ольга ушли. Машка побежала к себе. Ирка с Катериной потопали вниз.

– Иди спать, – велел Дегтярев.

– Нет.

– Почему?

– Боюсь, вдруг она снова постучит?

Александр Михайлович побагровел, но удержался от гневных высказываний.

– Дарья, – заявил он, – смотри: под столом никого, под кроватью пусто, в шкафу лишь миллион твоих дурацких шмоток, за окном – сад.