Магия госпожи Метелицы

Знаете, это волшебная жидкость, если добавить малую ее толику в придуманный мной мебельный лак, то, покрыв им, предположим, комод, получим эффект так называемого белого пятна. Состав удивительного лака я нашла в старых книгах, долго сидела в архивах…» Далее училка начисто забыла про серную кислоту и начала объяснять детям, как она реанимирует скамеечку для ног, которая принадлежала Оливеру Кромвелю[1 - Оливер Кромвель (1599–1658 гг.) – английский государственный деятель и полководец, руководитель Английской революции в 1653–1658 гг.

– Нашла этот уникум на блошином рынке у Белорусского вокзала, – щебетала Шитова, – наткнулась случайно, бродила в поисках ручек для бюро, которое тогда являлось объектом моего интереса. И вдруг! Продавец показал подножницу, шепнул, что это раритет! Дети, понимаете? Это собственность самого Кромвеля! Великого человека!

– Да, – нестройно отозвались гимназисты, для которых фамилия англичанина являлась пустым звуком.

Вот скажи Шитова, что табуретка принадлежала Шреку или Симпсонам, ученики бы пришли в восторг. Мария не поняла, что ребят охватила тоска, она продолжала рассказывать, в каких фолиантах отыскала сведения о разных лаках, как улучшала их, называла химические вещества, которые использовала.

Дверь в мужской туалет, возле которого стояли мы с Ангелиной, приоткрылась, оттуда высунулась чья-то голова.

– Она ушла? Да? Ой! Простите. Ангелина Максимовна. Здрассти, Виола Людвигувна.

– Обозов! – всплеснула руками Жорина. – Почему ты не на уроке? А ну вылезай из сортира!

Мальчик вышел в холл и опустил голову.

– Зовись мой папа Людовиком, то отчество бы звучало как Людовиковна, Людвигувна вариант от Людвигуб. Слышал хоть про одного мужчину с таким именем? – улыбнулась я.

Обозов покачал головой.

– Не-а!

– Можешь обращаться ко мне Виола Леонидовна, – предложила я.

– Ну уж нет, – рассердилась Ангелина, – ученик обязан выучить имя-отчество преподавателя. Запиши на бумажке: Виола Лампадовна и повторяй, пока в мозгах занозой не застрянет.

– Хорошо, – покорно согласился Обозов.

– Что ты делал в туалете? – продолжила допрос Ангелина.

– Живот заболел, – заныл Эдик, – скрутило жуть как! Еле добежал.

– Иди на занятия, – приказала учительница труда.