Море, поющее о вечности

Те, что кажутся негодяями или глупцами, могут в чем-то оказаться лучше тебя… Еще один полезный урок, не так ли, Хирон?»

Они помолчали. Одиссей взял палку и слегка поворошил начинающие тлеть головешки. Дождавшись, когда язычки огня взметнутся с новой силой, мальчик подкинул в костер немного хвороста. Пламя ожило и весело принялось пожирать добычу. Света вокруг стало больше, а легкий треск от сгорающего дерева ласкал уши. Так было всегда – с древних времен, когда люди открыли величие и силу огня, употребив их себе на пользу.

На душе у мальчиков стало теплее. Ясон вдруг ощутил желание поговорить еще и каким-то образом понял, что и Одиссей склонен к общению.

– Ты не хотел ехать на игры, да? Мне показалось, твое поведение могло быть связано с этим…

– Ага, – царевич Итаки кивнул, – я изначально никуда не собирался. Все мой отец, Лаэрт. Он настоял.

– Не любишь долгие поездки?

– Да не в этом дело. Просто не нужно мне такое «счастье».

– Вот как?

– Ага. Мой родитель ждет от меня слишком многого.

Хочет, чтобы я во всем был лучшим и доказал это. Он мечтает, чтобы наша маленькая Итака прославилась, вошла в историю. Жаждет, чтобы я непременно стал знаменитым и могучим царем… Моего мнения, конечно, особо не спрашивали.

Ясон криво улыбнулся. Он начал понимать, в чем было дело.

– И вот я здесь. Победы даются легко, способностями не обделен. Только с людьми нормально общаться не умею. Отец говорил, что именно таков порядок вещей, – он учил, что я всегда должен быть выше окружающих.

Не гнуть головы даже перед другими царями… Ощущать превосходство над всеми, кто слабее, и доказывать его при любом удобном случае.

Одиссей сложил руки на груди. Сейчас он выглядел старше своих лет. Глядя на него, Ясон внезапно задумался:

«Наверное, вот так понемногу и взрослеют. Через разочарования. Через дела, которых мы не хотим совершать. Через волю, которая отличается от нашей…»

– Знаешь, я тебя понимаю, – вдруг сказал он. Одиссей бросил на него насмешливый взгляд:

– Непохоже.

Ты ходишь в окружении приятелей. И судя по тому, что я видел, они тебе доверяют. Считают своим другом. Это совсем не то, о чем я говорю.

– А ты что, завидуешь?

– Да, немного.

Неожиданное признание итакийца озадачило Ясона. Тот ненадолго замялся, подыскивая нужные слова:

– Может, ты и не поверишь, но до недавнего времени я почти всегда был одинок. Вокруг только слуги, наставники, царедворцы… Честно говоря, я держался еще хуже, чем ты.