Море, поющее о вечности

Неужели что-то случилось с Ясоном?!

Эсон подался вперед, привстав с трона. Первая же мысль, посетившая владыку города, была о сыне. И плохое предчувствие царя не обмануло.

Охотник сбивчиво поведал о произошедшем. В своем деле он был одним из лучших, поэтому его отправили следить за передвижениями участников во время последнего испытания. Если бы кто-то безнадежно заблудился и не вернулся вовремя, умелый следопыт помог бы потерявшимся найти дорогу обратно.

Но вышло иначе. Убедившись, что отряд Ясона находится на верном пути, он решил проверить остальные группы – и наткнулся на кровавое побоище, от одного вида которого ему стало дурно.

– Кто на них напал? Ты узнал это? – резко спросил Пелий, пока Эсон тихо шептал мольбы к Афине, закрыв глаза и покачиваясь.

– Д-да. Я осмотрел следы. Это лев, довольно старый – лет восемь или десять. Сильно хромает. Наверное, зверь когда-то был ранен, поэтому стал охотиться на людей.

Пелий кивнул, как будто припоминая:

– Я слышал, такое случается с хищниками, которые уже не могут угнаться за привычной добычей.

– Лев? Откуда ему здесь взяться? Последнего льва в окрестностях Иолка прикончил еще мой дед во время облавы!

Эсон упал обратно на трон и потряс головой, словно пытаясь осознать случившееся. Его брат негромко пробормотал:

– Если убиты дети… Играм конец. Это ужасное пятно на совести Иолка. Его не стереть до конца времен.

– Да кому какое дело до города? – внезапно царь сорвался на крик, обратив к брату пылающее гневом и страданием лицо.

– Я понимаю, – на лице Пелия не дрогнул ни один мускул.

– Тогда собирай охотников и вели принести мое копье. Мы выступаем. Немедленно.

– Господин, а мне что делать? – робко подал голос разведчик, по-прежнему стоящий у подножия трона. Эсон бросил на него беглый взгляд:

– Пойдешь с нами. Твои способности следопыта нужны как никогда. Помоги спасти тех, кто остался в живых.

Тот низко поклонился с облегченным вздохом. Эсон больше не обращал на него внимания – он в упор разглядывал Пелия, который до сих пор не сдвинулся с места.

– Я же сказал тебе, что делать. Но ты еще здесь?

– Прямо сейчас никто никуда не пойдет, – голос брата был негромким, но решительным.