Микроб без комплексов

Я мастер спорта по отиту!

К счастью, годам к восемнадцати мой организм научился сопротивляться напастям, и я забыла о водочных компрессах, борном спирте и носках с сухой горчицей. Ну с какой стати мерзкая болячка сегодня решила вернуться? Неужели я опять начну непрерывно болеть? Ой, тогда точно останусь без мужа.

Похоронные мысли прервал звонок в дверь. Боясь лишний раз шевельнуть головой, я дотащилась до прихожей, глянула на экран домофона, увидела Рындину, распахнула дверь и, старательно пряча уныние под кривой улыбкой, сказала:

– Натуся, привет.

– Я тоже когда-то хотела шмотками торговать… – покачала головой соседка, – а теперь понимаю: хорошо быть просто домашней хозяйкой. Уж больно тебя заездили на работе.

Я развела руками:

– Ничего не поделаешь, нынче такое время, либо крутись, либо уходи, полно желающих устроиться на хороший оклад. Прости, сейчас не получится с тобой поболтать.

– И мне недосуг трепаться, – отмахнулась Натка.

– Зачем ты тогда явилась? – весьма невежливо спросила я.

– У тебя есть куртка, – затараторила Наташка, – рыжая, лохматая, из искусственной собаки!

– Да, – кивнула я, – отличная вещь, выглядит, будто из натурального меха, теплая, с капюшоном, очень мне идет.

– Можешь дать куртенку на денек? – перебила Рындина хвалебную оду полушубку.

– Кому? – растерялась я.

– Мне, – удивилась моей непонятливости Наташка.

Я повернулась к стенному шкафу и отодвинула в сторону дверцу.

– Пожалуйста, бери. Но учти, куртка невероятно теплая, я хожу в ней лишь во время самых трескучих морозов, а сейчас начало марта. Конечно, еще холодно, но, по-моему, ты в ней запаришься.

– Ничего, – пробормотала Рындина, хватая полушубок, – Ванька ее на голое тело натянет.

– Кто? – оторопела я. – Твой сын?

– Ага, – подтвердила Натка.

Я заморгала и, пытаясь найти разумное объяснение услышанному, спросила:

– Ты по-прежнему сидишь на диете, полностью исключающей все продукты, содержащие холестерин?

– Ну да, – кивнула Наташка. – Только при чем здесь жрачка?

– Мозг гибнет без хорошего питания, – ядовито ответила я. – Пойди и срочно съешь яичницу.

– Зачем? – оторопела Рындина.

– Твоему Ване восемь лет, – напомнила я, – и он худее цыпленка.