Лазурный берег болота

– Разрешите внести предложение, которое резко упростит ситуацию? – попросил Иван Никифорович.

– Конечно, милый, – кивнула Рина.

– Уберите шоколадный соус куда-нибудь подальше, и тогда Танюша не ошибется, – посоветовал руководитель особых бригад.

– Гениально! – подпрыгнула Бровкина.

– Потрясающе, – похвалила я мужа.

– Ваня, ты мозг, – заявила свекровь, – унеси соус.

Иван взял бутылочку и под наши аплодисменты переместил ее на подоконник.

– Начали! – воскликнула Рина. – Ванюша протирает, Танюша капает, мы с Надей зажимаем уши.

Иван в одну секунду обработал уши Мози, я стала капать.

– Шоколад! – завопила Рина.

– Он на окне, – напомнила я.

– Нет, у нас опять у Мози уши в шоколаде! – возмутилась свекровь. – Он на пол льется!

Роки взвизгнул и ринулся вылизывать пол. Мози вырвался из рук хозяйки и стал усердно помогать брату. В какой-то момент Мозес затряс ушами, коричневые брызги полетели во все стороны, очумевшие от радости бульдожки стали метаться по кухне.

– Как? Как? Как это получилось? – изумилась Надя.

– Ваня перепутал пузырьки, – нашла подходящий ответ Ирина Леонидовна, – схватил лекарство, а соус оставил. Попытка номер четыре! А еще Мози надо свечку в попу засунуть.

– Лучше начать лечить собак завтра, – вздохнула я, – сегодня нам не везет. Определенно это не наш день.

Глава восьмая

Утром, когда я умывалась, позвонил Коробков.

– Я не разбудил тебя?

– Отличный вопрос, – пробормотала я, – нет.

– Ну, он ненадолго умотал, – не стал печалиться Димон. – Значитца, мы с тобой работаем, плюс новенькие сегодня придут.

– Надеюсь, это в последний раз, – вздохнула я, – надоело обучать людей, стараться, а потом, опля, и их у меня забирают. И уже прекрасно подготовленных передают в другое подразделение.

– Тань, ты воспитатель детского сада, смирись, – посоветовал Коробков.

– Маловероятно, что это получится, – отрезала я.

– В полдень, – ответил Димон, – я подумал, что нам с тобой лучше вдвоем кое-что обмозговать.

– Через полчаса на месте, – пообещала я и ринулась в гардеробную.

Собираться пришлось в спешке, но слово свое я сдержала, ворвалась в кабинет Димона в тот момент, когда часы показывали ровно девять.

– Тебе позавидует ракета, которая в точно заданное время должна выйти на орбиту, – восхитился Коробков.

Я перевела дыхание.