Корона Мышки-норушки

– Лондон – столица Великобритании.

– Да никакой разницы, – махнула рукой Элен, – что американцы, что великобританцы, все они не русские!

– Возьми новую банку из кладовки, – уточнила Инна.

– Эка вспомнили, – засмеялась домработница, – последний раз там хорошим чаем пахло, когда Михаил Петрович на гастроли в эту летал… как ее… страна… О! Цейлонятина! Там слоны водятся. И на коробке, которую хозяин привез, его морда была.

Я постарался не рассмеяться. Навряд ли на упаковке красовалось изображение самого поэта-куплетиста.

– Давайте вам кофе сделаю, – продолжила Элен, – с капучиную!

На лице Инны возникло странное выражение, такое бывает у человека, который изготовился прибить тряпкой муху.

– Очень люблю капучино, – сказал я, в чьи планы не входило упаковывать труп горничной в мешок, а потом зарывать его в подмосковном лесу. Понятно же, что дама тонкой душевной организации не способна сама закопать тело убиенной ею нерадивой прислуги.

Домработница не дождалась разрешения хозяйки, ушла.

Инна покачала головой:

– Элен ужасна, но я не могу ее выгнать. Миша незадолго до смерти составил завещание. Он словно предчувствовал свою смерть, указал в бумаге, что прислуга должна до своей смерти получать жалованье сполна каждый месяц. Антон Сергеевич, адвокат моего покойного любимого Мишеньки, следит за исполнением его распоряжения. Я вынуждена платить неумехе. А раз она получает деньги, то пусть работает. Надеюсь, получим кофе до Нового года.

– И не такая уж я косорукая и на улитку не похожа, – донеслось из коридора.

Инна всплеснула руками.

– Хватит подслушивать. Завари кофеек. Одна нога здесь, другая там.

– Эхе-хе, – засмеялась горничная, – если я по вашему желанию правой конечностью побегу в кухню, а левую здесь брошу, то упаду, не встану. И не видать вам ни еды, ни вещей чистых, ни порядка в доме.

Хозяйка опустилась в кресло.

– Увы, сегодня у нормальных горничных выходной. Я осталась один на один с Элен.

– Исчезновение Екатерины вместе с драгоценностями, – коротко объяснил я.

– Очень рада, что ты, милый мой, взялся мне бесплатно помочь, – запела Волкова.

Я постарался не выказать своего удивления. О безгонорарной работе речи не шло. Ирэн, наоборот, говорила, что Волкова должна заплатить, она хорошо обеспеченная дама.

– Когда Левушка наконец собрался жениться, – пела Инна, – я безмерно обрадовалась.