Кнопка управления мужем

Поймал очередного бомбилу, доехал до центра, пробежался по банкоматам, снимая со своего счета солидные суммы, потом сел в шумном сетевом кафе, торгующем фастфудом, и позвонил Аллочке. Ответила домработница Вера.

– Позови маму, – велел Константин.

– Ей плохо, – прошептала горничная. – А вы сюда больше не обращайтесь, не впутывайте Аллу в беду. Три «Скорые» в доме. Что же вы наделали!

– А что я наделал? – прохрипел Фокин.

– Не звоните больше, – зашипела Вера. – Я вас не выдам, не скажу, что хотели с матерью поговорить, и ей ничего не сообщу.

– С кем ты болтаешь? – раздался вдруг голос Кирилла. – Живо отвечай!

Несмотря на напряженность ситуации, Костя удивился: обычно брат не обращает внимания на то, чем занимается горничная, и ему глубоко безразлично, кто звонит матери. Если Кирюша вдруг проявил интерес к тому, что происходит вокруг, значит, сильно взбудоражен. Вероятно, матери совсем плохо, раз он выпал из своего состояния вечно дремлющей черепашки и приехал на дачу.

– А ну, дай сюда трубку! – с несвойственной ему горячностью потребовал младший брат.

Фокин быстро отсоединился и решил обратиться к своей помощнице, верной Евгении Николаевне, спокойной, хорошо воспитанной даме, которая служила у него много лет. Но она не испытала ни малейшей радости, услышав голос шефа, как и домработница Вера, понизив голос, произнесла:

– Господи! Что вы наделали! Уже весь Интернет гудит.

– О чем? – мрачно поинтересовался Костя.

– Бизнесмен Фокин зарезал свою жену после бурной ссоры, которую слышали все соседи, – процитировала Евгения Николаевна. – Ой, тут еще и рассказ стюардессы о том, как вы в нее во время полета чашкой с кипятком запустили!

– Это сделала Влада. Инцидент случился в декабре прошлого года, странно, что о нем до сих пор помнят, – зачем-то попытался оправдаться Костя. – И я никого пальцем не трогал.

– На новостном портале написано, что вы неуправляемый скандалист, который со всеми дерется, – заявила помощница.

– Евгения Николаевна, мне нужна ваша помощь! – взмолился Фокин. – Пожалуйста, найдите…

– Нет, нет! – испуганно воскликнула она. – Не желаю иметь ничего общего с этой омерзительной историей! Я не сообщу полиции о нашем разговоре, но более меня не беспокойте. Никогда.

Из трубки полетели частые гудки. Стало понятно, что никому из списка контактов звонить не следует.