Инкогнито с Бродвея

Она крикнула:

– Фаина, правда, что баба Тося умерла?

Борис остановился и спросил у тетки:

– Как вы назвали задержанную? И откуда знаете, что целительница скончалась? Назовите свое имя.

– Светлана Борисова, – представилась та. – Мне Ирка сказала, она над однушкой на втором этаже живет, слышала, как внизу орали: «Помогите, убили!» А потом вы пришли. Файка, чего молчишь? Загордилась совсем? Как же, сестра писательницы!

– Вы уверены, что это не сама звезда? – уточнил юный полицейский.

– Че я, Фаину не видела? – фыркнула тетка.

 – Ишь, шапку натянула, платок замотала, очки нацепила… Да все равно ведь понятно, кто это – Фаина Тараканова.

Гурьев повел задержанную дальше. Рядом шла свидетельница. По дороге участковый опять позвонил в отделение и пустился в объяснения:

– Ошибочка вышла, убийца не литераторша, а ее сестра, звать Фаиной.

– Хорош балаболить! – заорал дежурный из трубки.

До полиции идти несколько кварталов, по одной стороне улицы тянется забор автобусного парка. Когда троица приблизилась к главному входу транспортного предприятия, из ворот нагло вышла толстая крыса…

– Их в Москве много, – кивнув, перебила я рассказчика, – часто грызунов у мусорных бачков вижу.

– Каждый раз в обморок падаете? – заинтересовался Измирин.

– Нет, конечно, хоть и являюсь представительницей слабого пола, – фыркнула я. – Просто хорошо знаю: обычно крыса первой не нападает на человека. Не надо только в нее камнями швырять.

– А вот Елена Михайлова свалилась кулем, – продолжал следователь.

 – Гурьев кинулся к ней, на время упустив из виду задержанную, и та сбежала…

– В наручниках? – уточнила я.

– Нет, – вздохнул Вадим.

– То есть женщина, которую обнаружили у трупа, шла без «браслетов»? – протянула я. – Мне всегда казалось, что…

– Гурьев не стал надевать на нее наручники, – нахмурился Вадим. – Мне он так сказал: «Задержанная известная писательница. Я ее книги не читал, но подумал: у тетки точно полно влиятельных знакомых. Ща ее адвокат приедет, прицепится, что в наручниках бабу вел, а она ведь никакого сопротивления не оказывала.

Ну и решил скандала избежать. Потом выяснилось, что это не сама детективщица, а ее сестра. Так тоже плохо: звезда за нее всем пасть порвет, виноватым я буду. И тетка тихая была, послушная, без спора со мной потопала, только разговаривать не хотела, все время молчала, ни звука не издала».

– Отлично работаете, парни, – заметил Степан.

– Я тут ни при чем, – обиделся Вадим.