Инкогнито с Бродвея

Иван Николаевич от таких слов посерел, швырнул на пол пресс-папье и завопил:

– Пока я жив, ни одна книга Тучи в «Элефанте» света не увидит. Гоните его вон! Ох уж эти литераторы… Одни неприятности от них. Куда писателя ни поцелуй, везде попа!

Ну, на самом-то деле Иван высказался куда хлеще, вместо ласковой «попы» с его уст слетело словцо, начинавшееся на другую букву. Я же понятия не имела о том, что произошло, но потом друзья стали звонить и возмущаться:

– Почему «Элефант» не даст хаму в нос? Тучинский в каждой своей передаче поливает тебя, точнее Арину Виолову, грязью.

Пришлось провести небольшое расследование, и передо мной во всей своей красе открылась правда о визите Арсения в «Элефант».

Я продолжала вертеть ручку радиоприемника, пока в салон машины не ворвался сочный мужской бас:

– Что хорошего может написать баба из семьи профессиональных воров и убийц? Вопрос: что делать с книгами этого автора, а их, увы, читают и дети, которым родители не объяснили, что отдельные издания негоже даже вместо туалетной бумаги использовать.

Разве можно печатать, а затем продавать произведения женщины, чей отец награбил миллиарды, сестра профессиональный киллер, а любовник Степан Дмитриев отсидел в общей сложности около тридцати лет? А только что Виолову саму замели за убийство, она лишила жизни…

Я выключила радио и опять взяла телефон.

– Иван, чего ты хочешь, это же Туча. Ничего нового не произошло, он постоянно про меня гадости говорит, придумывает всякую дрянь.

– Но ведь он не все врет, – перебил Зарецкий, – в его словах всегда есть зерно правды.

Ленинид сидел?

– Да, – согласилась я, – тут крыть нечем.

– А твой расчудесный Степан? – ревниво поинтересовался Иван.

– Дмитриев очутился за решеткой по ложному обвинению… – начала я.

– Ой-ой! – зачастил Зарецкий. – Послушать уголовничков, так они все прямо-таки райские птички. И что мы имеем? Папаша разбойник, ближайший дружок ему под стать, а теперь ты человека убила и арестована.

– Иван, очнись! – велела я.

 – Настрой антенны своего мозга на правильную работу! Ты же мне сейчас позвонил на мобильный, и я взяла трубку. О каком задержании может идти речь? Еду одна-одинешенька в собственном автомобиле по московским пробкам.

– Тебя схватили прямо на месте преступления, – настырно загудел издатель, – у трупа взяли.

Я не поверила своим ушам.

– Кого?

– Те-бя, – по слогам произнес Иван, – посадили в коробок и увезли.

– Куда? – растерялась я.