Инкогнито с Бродвея

– Бабы Тоси? – предположила я.

– Так ты об этом знаешь! – воскликнул Иван. – Не переживай. Сейчас сделаем пресс-релиз, разошлем по СМИ, объясним, что сестра у тебя появилась недавно, ты понятия не имела об ее существовании.

– Это очередная «утка», – заверила я. – Фая сейчас у меня дома, она мне постоянно звонит. Да ей и в голову не придет на Вольпину нападать. Алло, ты меня слышишь? Алло…

Я с досадой поставила телефон в держатель – в Москве полно мест, где мобильная связь мистическим образом исчезает.

Сотовый запрыгал в подставке, и я быстро ответила, решив, что это повторный вызов из-за океана:

– Иван, послушай, Фаина ни при чем, она…

– Вольпина умерла, – раздался в трубке голос Степана, – причина смерти пока не ясна.

Делом будет заниматься Вадик Измирин, мой хороший приятель. Он тебя знает, поэтому сразу звякнул мне. Жильцы дома начали на разные лады склонять фамилию «Тараканова», рассказали, что Фаина практически жила вместе с Антониной, потом одна там обитала, хозяйка после возвращения выгнала ее, и Фая кинулась к отцу-актеру и сестре-писательнице.

– Слава богу, ты наконец-то освободился! – обрадовалась я. – Вольпина правда мертва? Это не «утка»?

– Да, – подтвердил Дмитриев, – и в совершении преступления подозревают Фаину.

– Бред! – возмутилась я. – Она сидит у меня дома, я видела ее перед уходом, Фая никуда не собиралась.

– И давно ты покинула апартаменты? – ехидно перебил Степан.

– Ну… утром, – протянула я.

– А сейчас вечер, – отрезал приятель.

 – Фаина сто раз могла успеть съездить в дом, где жила раньше и где все знают, что она твоя сестра.

– И как только народ все вычисляет? – рассердилась я. – Откуда людям известно, что мы с Фаей родня?

Степан издал странный звук, похожий на скрип.

– Шутишь, да? После всех шоу, в которых приняли участие твои ближайшие родственники, даже дворовые кошки в курсе, что помощница целительницы бабы Тоси является дочуркой актера Ленинида Тараканова, а следовательно, сестрой Арины Виоловой.

– Погоди-ка, я увидела случайно по какому-то каналу новости, в них сообщали, что Вольпину задушили и зарезали.

А ты говоришь про невыясненную причину смерти, – сказала я.

– Задушили, зарезали, утопили, задавили машиной, повесили – и все одновременно, – вздохнул Степа. – Телик, как водится, врал.

– Фаина не имеет к этой истории ни малейшего отношения, это какая-то ошибка, – возразила я. – Извини, у меня Зарецкий на линии. Ему и в Америку журналисты дозвонились.