Воспоминание об Эдеме. Тыдымский дневник. Опыт метанойи

На фига я составил для себя этот список? Чтобы вспомнить, что есть Уральская поэтическая школа, а не только УПД.

27/06/2015

Литературная школа, конечно, имеет мало отношения к географии (особенно – с возникновением еще и виртуальной географии), но всё таки она имеет место быть. Школа подразумевает ученичество и преемственность (а также развитие) в применении тех или иных общих литературных практик на протяжении некоего длительного промежутка времени. В данном случае (случае УПШ) мы наблюдаем развитие общей поэтической практики на протяжении нескольких поколений в ограниченном литературном геолокусе.

Скажем такой вектор: Алексей Решетов (1 поколение) – Андрей Санников (2 поколение) – Александр Петрушкин (3 поколение) – Дмитрий Машарыгин (4 поколение). Хотя, конечно это не чистая линия, но с дополнениями. Скажем на уровне 3 поколения добавляется влияние Евгения Туренко, Романа Тягунова, Виталия Кальпиди, а на этапе 4 поколения (в данном векторе) – Юрий Казарин (а через него прививка Майи Никулиной из первого поколения).

При составлении этого списка (а оно было долгим – знающие люди подтвердят), я руководствовался степенью «литературного сепаратизма» тех или иных поэтов, проживающих на Урале, то есть ориентацией их поэтической практики на то, что происходит по большей части внутри местного литературного конгломерата.

Но и тут возникает 3 момента:

1) надо понимать, что на уровне первого поколения, безусловно, инорегиональное присутствие (их стоит определять отдельно – поскольку работы в этом направлении еще не проводилось)

2) на уровне каждого последующего поколения происходили также прививки иных поэтических практик.

3) в своем финале любая поэтическая школа переходит в иное качество, поскольку инорегиональные прививки превышают некую критическую массу – и тогда мы имеем дело уже с частью поэтического направления, а не школой.

28/06/2015

Думаю, что беда современного мира в его приверженности идее, что все люди рождаются равными. А это не так, что очень хорошо.

[…] в этой идее уравниваются такие категории, как зло и добро или мораль и аморальность.

[…] а государство – да, оно зло.