Дворец со съехавшей крышей

Когда Франсуа заговорил о поисках новой модели и заодно своей ассистентки, Тимофеева попыталась пристроить на это место свою кровиночку, при виде которой народ просто столбенел от восхищения. Но Франсуа ответил:

– Нет, мне прекрасное лицо не нужно. Я ищу внешне невыразительную девушку, чистое полотно, на котором я смогу рисовать любые картины, а ваша дочь чрезвычайно хороша, у нее слишком яркая индивидуальность. Посоветуйте ей учиться на киноактрису.

Тимофеева обозлилась, но побоялась ссориться с мсье Арни.

Заведующих складами в России пруд пруди, а гениальных визажистов по пальцам одной руки можно пересчитать, ясно, на чью сторону встанет Звягин, если начнется выяснение отношений. И вся неприязнь Марины Ивановны досталась мне. Она искренне считает, что я отняла у Леры карьеру модели, и ведет себя, встречаясь со мной, соответственно.

– Козлова! Зачем пришла? – гудела тетка. – Только не говори, что тебя в мое подчинение перевели. Я с вороватыми людьми дел не имею!

И тут мои натянутые нервы с треском лопнули.

– Прекрасно знаю, по какой причине вы меня терпеть не можете. Но я не виновата, что Арни предпочел мое лицо. Конечно, вам было обидно, и я, понимая это, не обращала внимания на ваши попытки устроить скандал всякий раз, когда мы сталкивались, однако любому терпению настает конец. Я сейчас отправлюсь к Роману Глебовичу и потребую, чтобы он приструнил вас. А за клевету насчет воровства можно и к суду привлечь.

Марина Ивановна поправила косынку, съехавшую на лоб.

– Думаешь, никто ничего не знает? Весь бутик шумит: Козлова померила в ювелирном отделе колье с кольцом, и драгоценности пропали. Вот у меня на полках пылинка не исчезнет, на каждый пустяк документ оформлен.

Почувствовав, что закружилась голова, я отошла в сторону и прислонилась к стене.

– Плохо, да? – с издевкой осведомилась главная кладовщица. – Ножонки кривенькие подкашиваются? Ой-ой, не везет Козловой… Сначала задумала невесткой Романа Глебовича стать, а когда Антон предприимчивую девицу куда подальше послал, ювелирку сперла.

Думаешь, Тоша тебя по старой памяти защитит?

Я потрясла головой, пытаясь справиться с неожиданно возникшим в ушах шумом, и, стараясь казаться равнодушной, произнесла:

– Ожерелье я на самом деле надевала, но затем отдала его Бондаревой и ушла на совещание. Кольцо даже не видела. С Антоном у нас по-прежнему прекрасные отношения. Извините, если вас разочаровала.

Тимофеева криво ухмыльнулась.