Астральное тело холостяка

Фред начал бесцеремонно шарить в шкафах и холодильнике, мне он велел сидеть на диване и слушать, а Бориса отправил в свою машину за какими-то вещами.

Рот у дизайнера не закрывался, языком он работал, как мельница жерновами.

– «Ронди Кар» – это четверо парней. Сначала они играли всякую муть на вечерах, чужие песенки. Потом начали сами писать тексты, были по-мощному талантливы. Стихи невероятные, голоса чарующие, оперные баритон, бас. Им бы в консерваторию идти учиться. Но все денег хотели, с девочками тянуло погулять, молодые же, а герлы на запах купюр летят.

Фред поднял фужер.

– А что с вашими зубами стряслось? – полюбопытствовал Борис. – Вы их потеряли? Это необычно.

– Вау! Ваня тебе не рассказал? – хмыкнул дизайнер. – Тихушник и молчун… Потом доложу. Ну, как вам пойло?

– Оригинально и совсем неплохо, – с удивлением отметил я. – Впервые вижу, как коньяк наливают в сковородку и греют.

– Сахар, – коротко бросил Фред. – Дам тебе рецепт жженки. Пока еще ты полностью ее не раскусил, через несколько минут оценишь весь кайф… О, ща я вам «Ронди Кар» врублю! Тащите плеер, парни!

У меня закружилась голова, перед глазами запрыгали разноцветные зайчики.

– Что, Ваня, жженка догнала! – заорал издалека Фред.

Мне почему-то стало очень смешно, я расхохотался и понял: давно не был в таком распрекрасном настроении.

– Гудим во весь вентилятор? – завопил дизайнер.

Я энергично закивал. Конечно, гудим во весь вентилятор. Какой хороший и удивительно веселый день! Никак не могу перестать смеяться. Фред на редкость приятный человек. О! Звонок в дверь, к нам кто-то пришел…

Глава 7

Утром я проснулся от того, что мне на грудь сел медведь. Глаза открылись, и вместо Топтыгина перед самым носом я увидел задницу Демьянки.

– С ума сошла! – возмутился я и спихнул собаку на пол.

Псинка плюхнулась на ковер и продолжила храпеть.

– Эй, потише, зая, – пробормотал кто-то слева.

Я вздрогнул, повернул голову и увидел рядом растрепанную белокурую голову и тело в коротком шелковом платье. Из-под него высовывались красивые длинные ноги, одна из них была в сапоге-ботфорте на высоченной шпильке. Я отполз к противоположному краю кровати, встал и ощутил нечеловеческую головную боль. В мозгу метались короткие, как у Буратино, мысли.