Бриллиант мутной воды

Мне открыла Таисия, домработница Николетты.

– Ох, Ваняша, – запричитала она, беря у меня пакет с подарком, – ну балуешь просто! Зачем тратился!

– Носи на здоровье, – улыбнулся я, – там теплый халат.

– Ой, ой, ой, – покачала головой Тася, вытаскивая подарок, – какая красотища, прямо мерить страшно, пусть пока повисит.

– Свадьбы подождет, – хмыкнул я.

– Скажешь тоже, – всплеснула руками Тася, – я уже старая, шестьдесят пять стукнуло, какие женихи!

– Смотри, чтобы тебя не услышала Николетта, – ухмыльнулся я и снял пальто, вновь вызвав шквал восторгов.

– Ваня, какой ты красивый вырос, высокий, плечики широкие, прямо принц, тебе жениться самая пора!

Я обнял горничную. Тася когда-то была моей няней, и иногда в ней оживают воспоминания о крохотном Ваняше, которого она сажала на горшок и водила гулять.

– Не беспокойся, найдется супруга.

– Да уж давно бы надо под венец, – зудела Тася, – холостяк – пустоцвет, ни деток, ни радости.

Я молча причесывался у зеркала.

Ну, с последним заявлением можно поспорить. Основная масса моих приятелей женаты и имеют наследников подросткового возраста. Честно говоря, глядя на их семейную жизнь, я тихо радуюсь, что избежал ярма. Впрочем, я имею подругу, к которой питаю самые добрые чувства. Мне кажется, что Люси отвечает мне взаимностью, но к официальному оформлению наших отношений мы пока совсем не готовы.

– Отстань от него, – велела Николетта, влетая в прихожую. Я оглядел матушку и совершенно искренне сказал:

– Ты ослепительна!

Николетта подскочила к огромному, от потолка до пола, зеркалу, встала к нему боком и недовольно процедила:

– А мне кажется, что разжирела, как корова!

– Да что вы такое говорите, – всплеснула руками Тася, – талию двумя пальцами обхватить можно! Ни у кого из ваших подруг такой нет!

– Ты полагаешь? – протянула маменька.

– Кока чистая лошадь! – воскликнула Тася.

– Фу, как грубо, – сморщилась маменька.

– Зато справедливо, – улыбнулся я, накидывая ей на плечи пахнущую дорогими духами норковую шубку. – Кока и впрямь смахивает на водовозную клячу. Ей худоба совершенно не к лицу.

Услыхав, как мы с Тасей критикуем ее заклятую подругу, матушка мигом пришла в чудесное расположение духа и улыбнулась домработнице.

– Ладно тебе, гуляй тут, пей шампанское, смотри телевизор. Мы вернемся около шести.

Я вздрогнул, услышав эту информацию.