Большой куш нищей герцогини

– Вы получили от отца дорогое жилье, – сказал Володя.

– Да, – согласился Харитонов, – но я его об этом не просил. Понятия не имел, что Алексей Николаевич на мое имя хоромы приобрел. Если Анастасия Егоровна захочет, я отдам ей апартаменты.

– Федя вылитый Леша в молодые годы, – всхлипнула Петрова, – смотрю на него, и сердце переворачивается.

– Значит, все, что у вас есть, – это пейзаж, – резюмировал Костин.

– Еще название деревни – Муркино, – подсказал Федор, – последние слова отца звучали так: «Поедешь в деревню Муркино…» И тут его отвлек телефон.

– Это снимок? – удивился Костин. – Я думал, что картина.

Федор закинул ногу за ногу.

– Да, он так сказал. Я сам удивился, когда увидел, решил, что передо мной акварель.

И тут ожил до сих пор молчавший Захар Рамкин, наш компьютерщик.

– Берется фотография, обрабатывается определенным образом, получается полотно в любом виде: акварель, масло. Можно изменить местность, что-то добавить, убрать. На снимке развалины храма, я могу из них воссоздать собор.

– От церкви остался только первый этаж, как вы поймете, что было выше? – изумился Федор.

Рамкин посмотрел на Костина.

– Можно?

– Давай, – разрешил Володя.

Захар пощелкал своим телефоном над снимком, потом велел:

– Смотрите на плазму.

Мы все перевели глаза на экран, который висел на стене. На нем появилось изображение пейзажа. Оно раздвинулось, развалины остались слева, справа появилась колонка с крохотными фотографиями.

– Мы видим нижнюю часть окон с декором, ищем верхнюю, – пояснил Захар.

В левой части замелькали картинки, потом несколько штук остановилось и «переехало» на наш снимок.

– Вуаля вам битте, – обрадовался Рамкин, – быстренько управился, имеем законченный первый этаж и начало второго. Ясно?

– Весьма наглядно, – похвалил Захара Федор.

– Это ерунда, – заявил Рамкин, – детская забава.

– Вы поможете нам найти деньги? – по-детски попросила Костина Анастасия. – Только я пока заплатить вам не могу.

– У меня хватит средств на ваш гонорар и расходы, – сказал Федор.

– Это непростое дело, – протянул Костин, – нет гарантии, что мы справимся.

– Мы гарантий и не просим, – сказал Федор. – Жадные мерзавцы отняли у Анастасии Егоровны, как они думают, весь капитал мужа. А дети беззастенчиво растаскивают крохи, оставшиеся у их матери.

Костин посмотрел на меня.

– Можно попробовать. Но мы ничего не обещаем.

– Попытка не пытка, – парировал Федор.