Белый конь на принце

Поднялась к ним на этаж, вызвала Олесю и говорю: «Бери тряпку и мой за своим прынцем». Она ведро с шваброй схватила и вниз. Начала пол замывать и плачет: «Тетя Шура, не сердитесь, у Митрича тяжелое время». В сорок восьмой они живут, оба дома сидят. Не стесняйтесь, заставьте мерзавца заплатить за ремонт: не ваша печаль, где он деньги возьмет.

Дверь мне открыла худая черноволосая женщина, похожая на большую ворону.

– Ищете кого? – испуганно спросила она.

– Митрича, – сухо ответила я, – очевидно, вы Олеся?

Хозяйка нервно заморгала:

– Да, а вы кто?

– Майор Васильева из отдела борьбы с грабителями банков, – сурово представилась я.

– Дмитрий Дмитриевич он, – прошептала Олеся и прижала ладонь к груди, – ой!

– Где ваш муж? – не успокаивалась я.

И тут Олеся опомнилась:

– Отдыхает. А вас мы не приглашали.

За соседней дверью послышался осторожный шорох, я кивнула в ту сторону:

– Может, побеседуем в квартире? А то, похоже, здесь есть лишние уши! Или вы хотите стать источником сплетен для жильцов дома?

Олеся посторонилась, и я вошла в крохотную прихожую.

– Где Митрич?

– Он болен, – сникла верная супруга.

– Мне надо задать ему пару вопросов, – не дрогнула я, – что с ним случилось? Грипп? Корь? Коклюш? Или свинка? За меня не волнуйтесь, я обладаю иммунитетом к любой заразе.

Олеся понуро повесила голову, я вынула кошелек.

– Интервью оплачивается.

– Дадите денег? – встрепенулась женщина.

– Если услышу честные ответы на мои вопросы, – поспешила уточнить я.

– Менты за копейку стекло съедят. Вы откуда? – попятилась Олеся.

Я решила изменить тактику.

– Олесенька, я никому не желаю причинить вреда. Вчера во время ограбления банка Митрич мог увидеть что-то интересное. Понимаете, налетчики забрали у меня одну вещь, я хочу ее вернуть!

– Митрич чужого не возьмет, – испугалась Олеся, – он пьет, но не ворует.

– Не сомневаюсь в его честности, – сказала я, – ваш муж поговорит со мной и получит вознаграждение.

– Ему ни рубля не давайте, – попросила Олеся, – сама заберу.

– По рукам, – согласилась я, – ну, где счастье вашей жизни?

Олеся сделала шаг и постучала по двери, украшенной изображением писающего в горшок мальчика.

– Митрич, ау!

– Хр-р-р, – донеслось из туалета, – хр-р-р.

– Митрич, проснись, – надрывалась жена.

– Хр-р-р.

– Вставай!

– Хр-р-р.

– Выходить пора, – заорала Олеся.

–! —! – раздалось из-за двери. – Идти надо?

– Да, – обрадовалась Олеся.