Билет на ковер-вертолет

Никто не отнимает ночью одеяло, не храпит над ухом, не смотрит в спальне до глубокой ночи телевизор, отмахиваясь от моего нытья: «Выключи, спать охота». Но уже через семь дней вольной жизни мне делается тоскливо и некомфортно. Сейчас же я испытала большое облегчение: если Олег задержится даже на десять суток, не стану расстраиваться, авось за это время «квартеронка» трансформируется назад в белолицую женщину.

– Хорошо, попробую живо разобраться с делами, – почти по-человечески ответил Олег.

Я обрадовалась и сказала:

– Я тебя люблю.

– Угу.

– Я тебя люблю.

– Угу.

– Я тебя люблю. А ты меня?

– Ага.

– Что значит «ага»?

– Да.

– Олег!!!

– Извини, опаздываю.

– Нет, ответь, ты любишь меня?

– Точно.

– Что «точно»? Неужели трудно сказать жене: «Милая, я тебя обожаю, ты самая лучшая»?

– О гос-споди… – прошипел Куприн. – Между прочим, я нахожусь на работе. Нельзя же быть такой дурой!

– Значит, сидя на службе, обозвать супругу дурой можно, а произнести вслух слова любви никак? – возмутилась я.

– Все! – рявкнул Олег. – Пока. Устроюсь в гостинице – звякну.

Из мобильного полетели прерывистые гудки. Внезапно мне стало так обидно, что и не передать словами. Из глаз полились слезы. Я снова побежала в ванную, опять старательно умылась, увидела, что «кофейность» кожи не пропала, и решительно набрала номер сотового Куприна.

«Абонент находится вне зоны действия сети, попробуйте позвонить позднее», – сообщил вежливо-механический голос.

Я повторила попытку. Может, мой майор еще не покинул служебный кабинет?

– Кротов слушает! – рявкнуло в ухе.

– Ой, Витя, привет.

– Это кто?

– Вилка.

– А! Здоро€во!

– Олег на месте?

– Не, они с Анастасией в Питер укатили.

– С кем?

– С Волковой.

– Это кто такая? – удивилась я.

– Новенькая, – охотно пояснил Витька. – Только неделю работает, она из Новосибирска переехала.

– Спасибо, – дрожащим голосом ответила я и швырнула телефон на пол.

Теперь понятно, отчего Олег не пожелал сказать жене ласковых слов и по какой причине он столь радостно обозвал супругу дурой. Рядом с ним, наверняка глупо хихикая, стояла новенькая сотрудница!

В голове начали ворочаться совсем тяжелые мысли. Конечно, служебная инструкция категорически запрещает сотруднику МВД сообщать жене о своих делах, но Олег, как, впрочем, и другие женатые мужчины, сплошь и рядом нарушает предписание.