Бегемот под майонезом

Она тоже не ходит в рестораны, ест только дома, до изумления брезглива. Компот она сварила для мужа, кроме него, никто в семье не пьет отвар из сушеной груши. Навряд ли хозяйка приготовила для супруга отраву. Волынова тоже лишить жизни не собирались. Никто о его визите в дом не знал. Алексея Николаевича я поставила в известность, только когда мы с ним остались вдвоем. Думаю, компот из сухофруктов никак не связан с внезапной кончиной Тимофея.

– У меня такое же мнение, – согласилась Ада Марковна.

Никита кивнул.

– Присоединяюсь. И тот, кто подливает слабительное Буркину, на всякий случай не станет держать в своей тумбочке триамотин. Купить лекарство можно в любой аптеке. Приобнял пузырек, накапал хозяину в еду или питье и выбросил его от греха подальше. Вдруг Буркин догадается, что его понос неспроста, обыщет комнаты родных, а у него триамотин. Дедушка и невестка не прятали капли. Думаю, они ни при чем!

– Давайте вернемся к Елене Матвеевне, – предложил Коробков, – да, она убила одноклассницу, это дело давнее, информации почти нет, до сайта, где я нашел эти сведения, пока не дозвонился.

И все спустили на тормозах. Сказал «дело», но никто его не возбуждал. Подробностей я не добыл, зато нашел сестру Елены Матвеевны, зовут ее Светланой, фамилия та же. Работает она в реабилитационном центре, врач ЛФК, занимается пациентами, которые перенесли инсульт. У нее прекрасные характеристики. В семье еще был мальчик-инвалид, но он умер в раннем возрасте. Сегодня у Светланы выходной, она любезно согласилась к нам приехать. Скоро будет здесь. И…

Димона прервал звонок телефона, Коробков взял трубку.

– Да, ждем, проводи ее к нам, принеси чай-кофе.

Я повернулась в сторону двери, она распахнулась, и появилась стройная женщина в дорогом твидовом костюме.

– Добрый день, господа, – сказала она, – меня пригласил господин Коробков.

Димон встал.

– Светлана Матвеевна, рад познакомиться с вами. Спасибо, что приехали.

Никита тоже поднялся.

– Садитесь, пожалуйста.

Светлана опустилась в кресло.

– Благодарю. Если я правильно поняла господина Коробкова, речь пойдет о моей сестре Елене?

– Понимаем, что вам тяжело беседовать на эту тему… – начала Ада Марковна.

Гостья ее перебила:

– Да нет. Особых переживаний нет. Все случилось очень давно. Я уже говорила, что старше Елены. Мой отец глушил водку как воду. От детства у меня остались отрывочные воспоминания.