Бабочка в гипсе

И тут мобильный Валентины, лежавший на столе, заорал дурным голосом.

– Берете на счет три, – шепнул компьютерщик.

– Тишина, – скомандовал шеф, – работаем.

Я поднесла «раскладушку» к уху:

– Алло.

Два компьютера зажгли экраны, на одном возникла карта, на другом – множество кругов со стрелками.

– Медведева не освободили, – произнес голос, – но ты можешь это сделать. Я знаю, что можешь!

– Вы же понимаете, что милиция не имеет отношения к Главному управлению исполнения наказаний, – ответила я, – следователь и оперативники только собирают доказательства, приговор выносит суд, а содержат осужденного на зоне.

Разные ведомства не могут быстро договориться. Дайте им побольше времени.

– Ладно. Филипп должен быть на свободе к семнадцати часам. Иначе вы получите новый труп, – прошипели из трубки, – ровно в семнадцать.

Я покосилась на парня, перед которым на мониторе с калейдоскопической скоростью менялись карты районов Москвы и бегал зеленый луч.

– Предлагаю вам компромисс, – нежно пропела я.

 – Вы даете мне двадцать четыре часа, а я добиваюсь освобождения Филиппа. Кстати, почему вы так озабочены его судьбой? Он ваш друг? Родственник?

– Ты не дома! Ладно! Получишь, что заслужила, – каркнул в ответ голос. – Не хочешь звонить своим приятелям? А ведь можешь!

– Стойте, – заорала я, – вы правы! Я в спецлаборатории! Не хотела сюда идти, но меня заставили. Вас пытаются засечь! Но я могу помочь! И вам, и Медведеву! Я верю, что он не виноват. Эй, ничего не делайте!

– Семь ворон на семи холмах, в погребе бабушки Гусыни письмо от Тима-плотника, – раздалось из телефона.

 – Воспользуйся ключом Мартина, он откроет дверь. В семнадцать часов Филипп должен быть свободен, или новый труп. Точка.

Трубка запищала, я оторвала ее от вспотевшей руки и сунула в карман.

– Засекли?

– Да, – кивнул айтишник, – вот адрес.

Сеня выхватил листок и исчез, Лев Георгиевич удалился походкой императора. Я села на табуретку.

– Ваш шеф всегда такой?

– Долдон, – вздохнул специалист по компам.

 – Непрофессионал, командует тут, потому что правильно женат. Ни с кем не здоровается. Я скоро уволюсь, надоело! Здесь хорошо только таким, как Арсений, лижет Левушке задницу и счастлив. Тебя правда Евлампией зовут?

– Лучше Лампа, – улыбнулась я.

– Герман, – представился парень.

– Литературное имя, – заметила я. – Сразу «Пиковая дама» на ум приходит. Откуда звонил снайпер?

Герман ткнул пальцем в экран:

– Город Истра, переговорный пункт.