Бабочка в гипсе

Рейчел толерантна как к собакам, так и к кошкам, Рамику без разницы, кто еще поселился в доме, Ада окажет гостю почет и уважение, если только незнакомец не обнаглеет и не полезет к ней в миску, Феня начнет вздыхать, словно говоря: «Ну вот, опять приживалы», а затем тщательно спрячет от варягов пластмассовые косточки и плюшевые игрушки. Капа тут же предложит поиграть с ней в догонялки, а вот Муля особое дело. Она будет трепетно ухаживать за постояльцем, тщательно вылижет его, обогреет, приласкает.

– Заяц! – обрадовалась Прасковья Никитична.

– Степан, стервец! – зашумел Николай. – Вот ты куда удрал!

– Ты его знаешь? – поинтересовалась Нина.

– А то нет! – хмыкнул Рублев. – Сам на рынке купил.

– Оригинальный организм, – одобрил Максим. – Как его зовут?

– Степан, – ответил Колян и стал причмокивать, подзывая зверушку.

Но Степе очень нравилось греться о толстый бочок Мули, он даже не пошевелился.

– Хочется узнать, каких Степаша кровей, – спросил Макс, – он тигр, кот или суслик?

– Быдра, – сообщил Колян, – мой лучший бизнес.

– Быдра? – переспросила я. – Такого зверя не существует.

– Вон же, сидит, – возразил Рублев. В логике ему не откажешь.

– Я выдру знаю, – вступила в разговор Нина.

– Мать ему и есть выдра, – кивнул хозяин, – а отец бобер. Плюсуем, получаем быдру. Уникальная помесь: мех, крепкие зубы, а питается деревяшками. Со всех сторон выгода! Разведу их и буду продавать, пойдут влет, лучше шаурмов.

– Шаурмов! – повторил Томас.

– Расхватают за час, – потирал руки Колян, – всем понадобятся. Если хотите для радости, ну, типа, скотина в доме, то очень экономно. Желаете шубу – шикарный мех.

– Отвратительно! – возмутилась я.

– Это ты жалостливая, в куртке носишься, а другим бабам шубку подавай! – возразил Колян.

– Еще быдру можно использовать для столярных работ, – с самым серьезным видом подхватил Макс, – вместо циркулярной пилы, например, или рубанка.

– Об этом я не подумал, – признался Колян.

– И кто тебе посоветовал заняться разведением быдр? – неожиданно грамотно спросил Томас.

Рублев упер одну руку в бок, вторую вытянул вперед, словно главнокомандующий, напутствующий войска перед решающей битвой, и выдал вдохновенную речь. Если отбросить в сторону цветистые выражения и заверения: «Заработаю пару миллиардов и уйду на покой», то выяснилось следующее.