Алые паруса Синей бороды

Петр улыбнулся.

– У нас много интересного для туристов.

Дверь приоткрылась, на пороге появилась девочка лет тринадцати, она обратилась к пожилой даме:

– Баба! А где завтрак?

– Настя, во-первых, моя мама не прислуга, – осадил ее Петр, – не обязана на стол подавать. Во-вторых, ты должна поздороваться со звездой, в-третьих…

– А звезда где? – лениво осведомилась школьница.

– Писательница Арина Виолова перед тобой, – повысил голос Петр. – Но независимо от того, кто оказался в доме, всегда нужно вежливо сказать «Здравствуйте».

Настя растянула губы в улыбке, приблизилась ко мне, опустилась на колени и стукнулась лбом о пол.

– Добрый день! Никогда вас не читала, тетя Пушкин, но сегодня попрошу купить все ваши произведения и законспектирую их!

– Настя! – повысил голос Петр.

– Чего не так? – изобразила удивление девочка и встала. – Сам велел говорить только правду. Я не знаю, что она пишет. И еще одна правда! Дядя Петя, бабуля не повар, не горничная, с этим не поспоришь, но без ее приказа никто ничего не делает.

– Дорогая Виола, – почти закричала Анна, – давайте направимся в столовую, пока…

– …все с голоду не сдохли, – договорила за нее Анастасия и убежала.

– Ох уж этот пубертатный возраст, – прогудел мэр.

– Я излишне мягкая, Петя тоже с трудом ребенку замечания делает, – вздохнула Анна. – В моем старшем сыне нет никакой жесткости. Да и ситуация так сложилась, что все жалеют детей. Виолочка, пойдемте.

Мы перебрались в комнату, где за столом уже сидела компания.

– Галя, несите омлет, – распорядилась Анна. – Виола, разрешите вам представить нашу семью. Мой младший сын Виктор и его жена Маргарита.

Симпатичная брюнетка и стройный блондин одновременно помахали руками.

– Настю вы уже видели, – продолжала хозяйка.

– Главное, ее не слышать, – пробурчал седой мужчина в пижамной куртке.

– Костя, – покачала головой Анна, – сие замечание отпустил мой супруг, Константин Максимович. Он ваш коллега, литератор.

– Упаси господь, – затряс головой муж Анны, – никогда не кропал полицейские книжонки, стыд и срам это! Дьявольское занятие.

– Слева Николаша, – перекричала брюзгу жена, – брат Насти. Золотой отличник, наша гордость!

– Не надо, бабушка, – пробормотал паренек.

– Почему? – спросила пожилая дама. – Ты лучший ученик гимназии. А в этом учебном заведении даже четверку не каждому поставят.