Аллергия на кота Базилио

– Давай помогу, – вдруг громко сказал Собачкин.

Я выглянула из-под стола.

В комнате были только Сеня и Марина. На полу валялся поднос, и там же были раскиданы булочки, осколки разбитой посуды, рассыпан сахар…

Я выползла из укрытия.

– А где Александр Михайлович?

– Был тут недавно, – пробормотала Марина, – потом исчез.

– Привидение смылось? – осведомился из-под стола Кузя.

– Вылезай, – скомандовал Собачкин, – горизонт свободен. Призрак здесь свой порядок навел. Правда, мы не видели, что он творил, улепетнули с Маришкой на второй этаж.

Мы принялись убирать руины чаепития, сначала молча возились с осколками и булками, потом Марина осведомилась:

– Кто это к нам приходил?

– Вопрос на миллион рублей, – фыркнул Собачкин, – ответа на него нет. На подоконнике сидел некто! Потом он ворвался в офис, мы дали деру, а он тут разбушевался.

– Пошли в особняк, выпьем чайку, – предложила я, – потом вернемся и продолжим работу.

– Хорошая идея, – одобрил Сеня, – у меня от нервяка аппетит просыпается.

– Та же фигня, – вздохнула Марина, – у меня жор открывается при стрессе.

– А меня, наоборот, от еды отворачивает, – призналась я.

– Поэтому ты похожа на червяка, – хихикнул Кузя.

И тут раздался вопль:

– Помогите!

Мы все выбежали во двор и увидели, что из окна первого этажа особняка вывесилась Нина.

– Спасите, – кричала она, – кто-нибудь! Скорее!

Мы ринулись в особняк, влетели в коридор, промчались в столовую и замерли. Перед глазами развернулась картина, при виде которой мне вспомнились полотна великих художников, посвященные разным битвам.

На длинном столе, за которым могут одновременно сидеть и хозяева, и гости, царил полный разгром. Сахарница, солонка были перевернуты, бутылки с оливковым маслом и уксусом лежали на боку открытые, содержимое их вытекло на скатерть. Бумажные салфетки разорваны, полотняные исчезли. Ваза, которая еще во время завтрака полнилась яблоками нового урожая, сейчас опустела, в ней спал то ли Фома, то ли Платон.

– Хрюшка не растерялась, – засмеялся Сеня, – гляньте на собачий диван.

Я переместила взгляд туда, куда указывал приятель. Минипиг лежала на матрасике, из ее носа вырывался молодецкий храп, вокруг нее валялось много огрызков.

– Умная какая, – восхитился Сеня, – вкусную часть яблок слопала, а ту, где семечки, выплюнула.

– Кто-нибудь, – завопила Нина, – на помощь!

Крик летел из санузла на первом этаже. Мы забыли про разгром в столовой и всем табором рванули на зов.