Сарсет

Искушение смыть с себя последствия духоты оказалось сильнее желания откусить кому-нибудь голову за такое бесцеремонное вторжение в выделенную мне комнату, но сегодня явно прольется чья-то кровь.

Возможно, у них тут так принято и считается проявлением гостеприимства, но меня это точно не устраивает. В конце концов, я ведь и голая могла спать.

После ванны я почувствовала себя немного лучше, но лишь до тех пор, пока не вспомнила ночное появление незнакомца, чьего имени я так и не узнала, и его хамский комментарий про «было бы на что смотреть».

Злость во мне вспыхнула, как спичка, а настроение упало еще ниже.

Надев то же белое платье, что и вчера – очень уж оно оказалось удобным, – я села за туалетный столик и принялась расчесывать влажные волосы, при этом внимательно рассматривая себя на предмет каких-либо изменений.

Из-за плохого сна и всех переживаний моя кожа выглядела бледнее, чем обычно, но в остальном все по-прежнему, никаких перемен, что не могло не радовать.

Я как могла оттягивала момент встречи с братьями и мысленно представляла, как внизу увижу Брайса и тот радостно сообщит, что его старший брат решил уехать в ту же минуту, как ночью за ними захлопнулась дверь моей комнаты.

Возможно, хоть и маловероятно, я даже смогу для приличия изобразить, как сильно опечалена такой новостью.

Немного подняв себе настроение, я отрепетировала в зеркале вежливую и милую улыбку, на что отражение закатило глаза и показало мне язык.

Весь дом был погружен в абсолютную тишину, нарушаемую только моими шагами по деревянному полу.

Спустившись в пустую гостиную и немного потоптавшись в такой же пустой столовой, я решила проверить другие комнаты и направилась на кухню.

Это было небольшое помещение в дальнем углу, так же не имеющее двери, как и все остальные комнаты на первом этаже. Даже библиотека, которую показал мне Брайс во время небольшой экскурсии по дому, и та не закрывалась.

Вместо дверей были широкие полукруглые арочные проемы в обрамлении темного дерева.

Выглядело это все красиво, хоть и непривычно: моя мать настолько не выносила запахов с кухни, что разместила ее на цокольном этаже, а все двери в нашем доме были плотные, с максимальным уровнем звукоизоляции и надежными замками.

В доме Брайса же царила атмосфера абсолютного доверия к ближним.

На кухне тоже никого не было, и я уже начинала волноваться, но позади меня вдруг хлопнула дверь, и в дом зашел промокший насквозь Брайс.