Сарсет

Несмотря на то что благодаря стараниям Марка у меня развилась агрессивная форма аллергии на блондинов со всеми ее возможными осложнениями, я не могла не признать, что Брайс был чертовски красив.

Высокий, статный и идеально сложенный – пожалуй, Брайс был красивее большинства мужчин, которых я знала. Точеный подбородок, высокие скулы, прямой нос и аккуратные завитки пшеничных волос, которые добавляли его образу мягкости и очарования. А уж обольстительный взгляд его зеленых глаз и искренняя улыбка явно разбили не одно девичье сердце.

Учитывая, что к такой внешности добавлялся прекрасный характер, мне хотелось еще сильнее возненавидеть Марка, но это было невозможно.

– Ты ничего не должна мне, Лив, – произнес Брайс почти оскорбленно.

– И все же…

– Я кое-что принес тебе, – оборвал он меня и шагнул ближе. Только сейчас я заметила, что обе руки он прячет за спиной. – Вчера, когда я вытащил тебя из воды, ты сжимала это в руках.

На мгновение я забыла, как дышать, когда увидела свой телефон и тонкую цепочку с кулоном в виде сердечка.

– Ждал подходящего момента отдать это тебе, – сказал Брайс, когда я дрожащими пальцами забрала подвеску с его ладони.

Тихий щелчок – и вот я уже плачу, разглядывая две маленькие фотографии внутри кулона.

Слева – Лилли целует в щеку Спенсера, который зажмурил один глаз и игриво улыбается, высунув кончик языка.

Справа – мы с Мэгги обнимаем Лилли с двух сторон и все втроем смотрим в камеру с самыми искренними улыбками на лицах.

– Я хорошо помню тот день. Мы отмечали наши дни рождения в прошлом году, – прошептала я, касаясь пальцами нашего фото. – Мы все родились в августе и однажды решили устроить тройной праздник. В итоге это стало традицией.

– Лив, мне так жаль… – искренне сказал Брайс и аккуратно сжал мое плечо. Сквозь слезы я все же улыбнулась ему, закрыла кулон и подошла к зеркалу.

– И мне, – тихо сказала я, застегивая цепочку на своей шее. – Повезло, что я не разжала руку, пока была в воде, и фотографии не намокли.

– А это что? – спросил он, рассматривая мой телефон, и я растерялась от этого вопроса.

– Ну… это такая штука, чтобы разговаривать с нужным человеком, когда тот далеко.

– Хм.

Брайс заинтересованно крутил в руках устройство, всего два дня назад бывшее неотъемлемой частью моей жизни и потерявшее теперь всякий смысл.

Видимо, он нажал кнопку блокировки, потому что экран вдруг ожил.