Дежавю

Этот поцелуй отличался от того, что случился на набережной, потому что никто из нас себя не сдерживал. Я отвечала на него так отчаянно, словно от него зависела моя жизнь. Тимур на миг оторвался от моих губ, и я не сдержала стон, когда его губы оказались на моей шее.

– Мира, – шептал он, покусывая мочку уха. – Ты моя мечта. Только ты.

Смысл его слов ускользал от меня, потому что я была не в состоянии думать о чем-либо. Я запустила пальцы в его волосы, и окончательно потеряла связь с реальностью, когда одна рука Тимура оказалась на моей груди, а второй он обхватил мою ногу под коленом и притянул выше, вновь обрушиваясь на мои губы.

В какой-то момент Тимур зарычал, и я не сразу сообразила, что виной тому подвязки, которые он нащупал, скользнув рукой мне под платье. А когда поняла, было поздно – ловкие пальцы уже нащупали через тонкое кружево клитор, и это было сродни электрическому разряду, пронзившему все тело.

ГОСПОДИ. БОЖЕ. МОЙ.

Я вскрикнула от неожиданности и выгнулась дугой, больше не контролируя свое собственное тело, которое теперь напоминало один сплошной оголенный нерв.

Никогда прежде я не испытывала ничего подобного и теперь буквально задыхалась от ощущений. Стоны готовы были вырваться из моего горла, но Тимур заглушал их поцелуями, не позволяя мне прославить нас на весь университет.

Разум вопил где-то вдалеке, чтобы я немедленно все прекратила, а тело давало понять, что мне физически не выдержать, если Тимур остановится хоть на мгновение.

По мере того, как он наращивал темп, я все больше нуждалась в его прикосновениях, тяжелом дыхании и тихих стонах, которые доносились до меня каждый раз, как впечатляющая выпуклость на его штанах упиралась мне в бедро.

– Тимур… – простонала я, то ли желая воззвать к его совести, то ли умоляя продолжать.

Договорить я не успела, так и не узнав, о чем же собиралась его попросить. Если бы не требовательный поцелуй Тимура, я бы скорее закричала, чем закончила свое предложение, поскольку в этот момент мое тело содрогнулось от яркого оргазма, а перед глазами начали взрываться самые настоящие фейерверки.

– Мира, – нежно произнес Тимур мне на ухо. – Ты…

Возвращение в реальность было жестким и молниеносным.