История очередной попаданки

Потом ещё минуточку… и ещё пару минуточек… всего пару…

Когда раздался стон, я уже почти заснула, поэтому даже не сразу поняла, что это. Но, вздрогнув, открыла глаза. Стон повторился. Кажется, где-то справа.

Я колебалась и не спешила бежать на звук. Мало ли, кто там стонет. А если там какой-нибудь дикий, смертельно раненый зверь, который нападёт на меня? Или это ловушка какой-нибудь местной нечисти – мне пока не встречалась, но, говорят, водится тут.

– Помоги… – стон оформился в слова. Но я всё равно решилась отправиться на звук далеко не сразу.

Вот если совсем честно, то иди я по дороге, имей при себе деньги и перспективы нормальной работы, может, и совсем прошла бы мимо. Потому что – ну что я могу? Я не врач, сил, чтобы тащить на себе раненного, у меня тоже нет… а ведь это и правда может быть ловушкой… Но тут, во-первых, мне было нечего терять. А во-вторых, я так качественно заблудилась, что кроме меня уже вряд ли кто тут окажется… разве что те, кто специально придёт добить этого страдальца – голос вроде был мужской.

Он был распят на дереве. И у него не было ничего: ни воды, ни денег, ни одежды… он был абсолютно нагим. Вот разве что весь утыкан какими-то светящимися штуками… сначала я думала, что это кинжалы, но, приглядевшись, поняла, что это больше похоже на осколки странного голубого стекла.

Меня затошнило. Я вообще плохо переношу вид крови, уколы и всяческие манипуляции с телом, даже при просмотре фильмов всегда закрывала глаза, если там показывали как кого-то режут… Тут же крови было много. Фиолетовой крови.

– Помоги, – сказал мужчина, открывая фиолетовые же глаза.

– Как? – спросила я, судорожно переводя взгляд на небо и пытаясь дышать глубже и ровнее. А то упаду тут рядом в обморок, и моя надежда на обустройство в этом мире окочурится… обидно будет.

– Пить… – попросил он, покосившись на меня и снова устремляя взгляд куда-то мимо. Что-то про это в сказках было… Закованный Кащей, которому нельзя было давать пить… – припомнила я, поднося флягу с остатками воды ко рту страдальца.

Я не медик, но даже мне понятно, что он давно должен был умереть. Самый большой осколок торчал из его сердца, ещё один был вогнан в живот, по паре в каждой руке и ноге…

– Крови, – сказал он, выпив всю воду.