Фиктивный муж

По щекам потекли слезы, и я зашептала:

– Мне больно, отпусти…

– Сопли вытри, и чтоб не попадалась в таком виде на камеры. Позорище. – Отец отшвырнул мою руку в сторону и удалился.

Я встала за огромную колонну, оперлась на нее спиной. Вскинула голову вверх, чувствуя, как слезы прокладывают дорожки по щекам. Не хочу здесь оставаться. Не хочу участвовать в этом маскараде. И даже если бы я оделась как обычно, отец все равно нашел бы к чему придраться. Он любит меня унижать и оскорблять, он этим будто питается.

А может, Илья прав, начхать на все указания… «Не появляться перед камерами? Позорище?» Но что будет, если я его ослушаюсь? Раз я все равно никогда не достигну его идеала… Тогда зачем стараться? Пусть удовлетворится своей правотой.

Быстрым движением я стерла слезы. Из клатча достала зеркальце и посмотрела на себя. Слезы постепенно высыхали, и мой взгляд превращался в лед, как отцовский.

– Кира, я тебя ищу по всему залу, – раздался голос Ильи из-за спины.

Я обернулась к нему и расплылась в искусственной улыбке.

– Твои поиски были не зря. Все же ты меня нашел…

Илья ладонями обхватил мое лицо и заглянул в глаза.

– Что случилось?

Я нервно сглотнула и покачала головой. Очередной жалостливый взгляд от Ильи. Как это бесит!

– Прекрати! – прошипела я, сверля его глазами. – Меня уже тошнит от твоей деланой жалости!

Илья сдвинул брови, смотря на меня с непониманием.

Но не успел он ничего спросить, как к нам подошел незнакомый парень ростом с Илью.

– Илья ты собираешься знакомить меня со своей красавицей женой?

Илья нехотя оторвал от меня взгляд и произнес:

– Кира, знакомься, мой давний друг, Марк. Сегодня прилетел из Лондона, не было возможности познакомить вас раньше.

Я расплылась в поддельной улыбке, смотря на парня.

Официант поднес шампанское, Илья любезно протянул один бокал мне, и, не стесняясь, я сделала пару больших глотков.

– Точно, мы же еще не выпили за знакомство, – проговорила я, чокнувшись с Марком.

Подойдя к первому столику, я почувствовала на своей талии прикосновение и, вскинув голову, увидела Илью. Он смотрел на меня непонимающим взглядом и, наклонившись к шее, прошептал:

– О какой, черт возьми, жалости ты говорила?!

Я усмехнулась, покачав головой.