Фиктивный муж

Но, глядя на то, как они общаются, никогда так не скажешь. Может, Рина немного преувеличила? Просто в голове не укладывается. Как можно переспать, а потом вести себя просто как старые знакомые. Разве такое возможно? По-любому должны оставаться какие-то эмоции, чувства… Или я старомодная и животный секс без чувств в нашем мире норма?

Я пила горячий чай и смотрела в одну точку. На столике зажужжал телефон, я кинула взгляд на экран: «Змея». Но отвечать на звонок после того разговора: у меня больше не было желания.

Я отставила кружку на столик и понесла телефон к ванной комнате, откуда как раз вышел Илья. На пояснице его было завязано большое белое полотенце. Волосы мокрые и взъерошенные. На стальной груди и мускулистых руках оставались капельки воды. Подходя к нему, я отвела взгляд протянула ему аппарат. Он коснулся моей руки, забирая телефон, и мимолетная дрожь пробежала по телу. Я кинула на него взгляд, темно-карие глаза были устремлены на меня. Какой же он красивый.

Я нервно сглотнула и убежала обратно на кухню. Да что со мной? Почему под его взглядом я начинаю просто растворяться? От его касаний сносит крышу… Неужели я проиграла?

Сердце предательски дрогнуло, давая понять, что так и есть.

Мое дыхание участилось, я покачала головой. Нет! Я не могу влюбиться в человека, который мне не принадлежит. Так нельзя! Какой в этом смысл, если он никогда не сможет полюбить меня? Я маленького роста, а Рита высокая. Я блондинка, а Рита – брюнетка.

Я вышла из кухни и, подойдя к комнате Ильи, остановилась. Знаю, что подслушивать нельзя, но я не могла сдержаться. Мне хотелось услышать его голос, что он будет ей говорить. Это, наверное, ненормально, но ничего не могла с собой поделать.

– Конечно, ты же знаешь… Малыш, я тоже скучаю, засыпаю только с мыслями о тебе. Жду, когда пролетит это чертово время и я наконец-то заберу тебя к себе… Не буду выпускать из объятий до конца жизни… – Илья рассмеялся.

А я села на пол и, откинув голову на стену, чувствовала, как слезы струятся по щекам, «Жду, когда пролетит это чертово время… Не буду выпускать из объятий до конца жизни».