Фиктивный муж

Он мне рассказывал про Риту. Узнав, что это девушка из обычной семьи, я нисколечко не удивилась. Если вспомнить наш с ней разговор, нетрудно понять, что ей явно не хватало воспитания. Свои эмоции нужно контролировать и не переходить на личности. Но Рите, похоже, это было чуждо.

Илья также немножко меня поругал за то, что я с ней разговаривала, объясняя, что его девушка очень ревнива и вспыльчива. А то, что я ответила вместо него, дало ей еще один ненужный повод для ревности.

Но он ее любил, несмотря на все ее минусы.

Разговор плавно перетек к теме моих отношений с отцом. И, вероятно, под действием алкоголя я решила поделиться той болью, которой жила многие годы. Илья меня внимательно, не перебивая, слушал, и его взгляд постепенно становился искренне сочувственным.

– Пообещай никому об этом рассказывать. Если по городу пойдет слух, что Игорь Лебедев деспот… Он меня убьет в прямом смысле.

Илья понимающе кивнул, заглядывая в глаза.

– Обещаю… В голове не укладывается, как такую девочку можно бить.

По телу пробежали мурашки. Я, как загипнотизированная, смотрела в его глаза, не обращая внимания на сердце, которое оттаивало и бешено стучало.

Илья придвинулся ко мне и бережно прижал к своей груди. А я не хотела сопротивляться и сильнее прижималась к нему, ощущая его тепло и горячее дыхание.

– Я тебя ему не отдам. Он тебя больше пальцем не коснется… – нашептывал он, касаясь губами моей макушки.

Я усмехнулась, сделала глоток вина.

– Врешь. Заканчивай играть, здесь зрителей нет! – прошипела я и, освободившись, села в двух метрах от парня, отводя взгляд на тихий океан.

Его слова задели за живое и подарили мне маленькую надежду. Но, Кира, хватит быть наивной дурочкой! Ты никому не нужна. Через три месяца он выпрет тебя под зад к деспоту-отцу и забудет о тебе, как о страшном сне, растворяясь в своей любимой.

– Кира, даже после развода я тебя не оставлю.

Я перебила, кинув на него нервный взгляд:

– Если ты не оставишь меня… Цитирую слова твоей девушки, которая адресовала их мне сегодня утром: «Я твою миловидную рожицу в кисель превращу и все патлы повыдираю». И, пожалуйста, не провоцируй ее на это.

– Кирюш, я с ней поговорю. Тебя больше никто не будет обижать, – сказал Илья с улыбкой.

Я усмехнулась, качая головой.

– Врешь.