Золотой Рассвет и Серебряный Буран

– А с Виллианой наш пригород будет ещё более привлекательным для драконов, – Ларка уже сам над собой решил подшутить, лишь бы собрать подписи. – Вы же точно проголосуете?

– Кому торт «Дэрадо»?! – в комнату из кухни вошёл радостный Бранта, держа в руках широкое блюдо со слоёным тортом, на котором был возведён кремовый дракончик белого цвета. Бранта поставил блюдо на кофейный столик, но под своей тяжестью голова дракона не выдержала и кремовая физиономия шлёпнулась на стол, смявшись в маленькую кучку. Все дружно рассмеялись.

– Когда ты успел? – удивился Верес такому сюрпризу.

– Ну…Торт у меня был, а кремовыми сливками легко наваять что угодно! – Бранта сбегал за вилками и тарелками и раздал белые блюдечки присутствующим. – Приятного аппетита!

Все отозвались дружным «Спасибо», и на душе сразу стало спокойнее. Потом Бранта и Тори принесли из кухни чашки, все выпили ароматный, искрящийся теплом чай и, разморённые заходящим солнцем в яркой гостиной, продолжили беседу. Верес рассказывал об уроках, о музыкальных курсах, о любви к музыке, о сочинённых песнях…

– Я уже пробую писать песни, но по сравнению с нашим солистом Ноллэ у меня нет таланта, – сказал он.

– Просим, зачитай что-нибудь, – улыбнулась Тори, понимая, что смущает брата, но так хотелось сейчас это делать.

– Я немного стесняюсь, но восприму это как мини-прослушивание, – Верес отложил чашку, встал и прошёл к рюкзаку, лежавшему у стены. Достал синюю тетрадь на кольцах и пролистнул её. – Итак… Кхм…

И он зачитал стихи для песни:

В этом мире я всегда один,

Вокруг огни, а я нелюдим.

Строчки вины вечно позади,

И меня просят кого-то спасти…

Но что за жизнь, когда бежишь?

Когда себе не принадлежишь?

Вечная жизнь лишь в тишине –

Я кричу, кричу тебе!

Ты должна меня простить.

Это чувство уже не убить.

Инима, слушая куплеты песни, с болью в груди принимала всё на свой счёт, хотя Верес и не думал о том, чтоб этот отрывок посвятить ей. Скорее, у него было вдохновение одним из вечеров, когда он особенно тосковал по дому, но понимал, что вечно бегать к драконам и обратно – это рушить свою жизнь и нервировать отца – он может привести за собой свидетелей.

– Мне кажется, – взяла слово Тори, – если положить её на музыку, будет очень лирично.

– И я говорю Вересу: предложи песню Ноллэ, он оформит, как надо! – поддержал Ларка.