Французское наследство

Мытьё кота Миляя, огромного белого перса, было любимым занятием Баськи. Она покупала в зоомагазине всевозможные шампуни и ополаскиватели, подсинивала роскошную кошачью шубку, сушила феном, расчесывала и украшала бантиками и заколками. На следующий день всё начиналось сызнова. Миляй привык к ежедневным омовениям и не сопротивлялся, даже научился получать удовольствие.

Васька подбежал к двери ванной и заорал:

– Басенька! Басюля, к тебе пришли!

– Кто пришел? – заорала в ответ Баська.

– Лёля Туманова, – ответил Васька и вздохнул: – Сейчас заставит сушить кота.

Дверь, наконец, распахнулась и на пороге появилась Баська в шикарном атласном халате.

– Привет! – обрадовалась она Лёльке и, втащив Ваську внутрь ванной, сунула ему в руки здоровенный фен. Царским жестом указав на сидящего на стиральной машине Миляя, замотанного в махровое полотенце, приказала:

– Суши!

Васька страдальчески закатил глаза и покорно включил фен.

– Ну, рассказывай!

– Да что рассказывать? – отхлебнула Лёлька ликер. – Сама, небось, всё знаешь. Вотя в морге, Агния в тюрьме. Просила за Левкой присмотреть. Я там только что целый шалман разогнала – пьют, наркоту курят, девки какие-то странные. Мозги у всех на компьютере повернутые, сами не знают, где явь, а где интернет. Тебя ведь первой коснётся, если они там чего отчебучат.

Баська озабоченно оглядела любовно обставленную и выдраенную до блеска комнату. Не нужно иметь много воображения, чтобы представить, что могут натворить оставленные без присмотра типы, подобные Лёве, да ещё с дружками. Взрыв, пожар, наводнение, да что угодно! И плакали тогда богемская люстра, кремовые с белым ковры и настоящий, просвечивающий насквозь, тончайший фарфор. Васька, в данный момент осушающий в ванной кота, трудился в солидном банке и содержал семью на высоком уровне.

– Сама понимаешь, – продолжала вдумчиво Лёлька, – я не могу тут целыми днями ошиваться, да и мысли есть, как Агнии помочь. Хочу кое-что разузнать про Вотино окружение. Ну не могла Агния его убить! Хоть стреляй, не поверю в это!

– Конечно, не могла. Кто спорит, – отозвалась Баська и задумалась. – К нам тоже приходили, спрашивали, не видели ли чего подозрительного, не слышали ли.