Ворон обгладывает кости

Обедала Стелла обычно на кухне в доме Вороновых – на этом настоял Денис Викторович, ещё когда она только устроилась на работу. Члены могущественной семьи привыкли днём есть в столовой, находившейся рядом с кухней, поэтому ведьма никому не мешала.

Стелла покинула приёмную. Кухня располагалась в этом же крыле, сразу слева от выхода из приёмной. Сейчас у двери столовой, располагавшейся через пару метров после входа в кухню, стоял Виктор Воронов и разговаривал по мобильному телефону. Женщина при виде него чуть растерялась и застыла в нерешительности.

– …сколько можно об этом? – говорил руководитель Лагеря в трубку. – Я уже всё тебе объяснил… Подробности тебе ни к чему. Просто поверь, что я знаю его гораздо лучше тебя… Думаешь, я бы стал заставлять вас ждать без веских на то причин? Это оправданная мера предосторожности… Да, я понимаю, но придётся потерпеть… Я всё продумал… Ну хорошо, давай обсудим это, но не сейчас… Ах, вот оно что! – Маг засмеялся довольно. – Хитрец! Всё предусмотрел. Ладно. Он уже приехал, я его вижу.

Скоро буду у вас. До встречи, Филипп!

Услышав имя, ведунья сразу поняла, что собеседником мужчины был Филипп Милесский, член Палаты Старших Собрания, отец одного из лучших воинов Лагеря. В данный момент «лучший воин» по имени Алан вошёл в дом и, поприветствовав Виктора Павловича, пожал ему руку.

– Поедем? – чуть проказливо улыбнулся Милесский и, заметив за его спиной Стеллу, поздоровался и с ней: – Здравствуй, Стелла!

– Здравствуйте! – ответила Толмачёва, ощутив лёгкий озноб от его присутствия и взгляда беспощадных, по её мнению, серых глаз.

Алан Милесский никогда ей не нравился. Знакомые оправдывали это тем, что она работает на Дениса Воронова, который терпеть не может этого воина, но эта неприязнь возникла раньше, чем она заняла место секретаря Дениса Викторовича. Объяснить свою нелюбовь к магу женщина не могла никому, но это было твёрдое внутреннее ощущение или даже убеждение, на которое она по жизни привыкла полагаться.

Неожиданно чьи-то руки мягко взяли Стеллу за плечи.

Отчего-то на сей раз она не испытала и тени испуга.

– Ну что же вы тут мнётесь, Стелла? – весёлым тоном осведомился Денис, одарив её улыбкой, когда она повернула к нему голову. – Обед, ёлки-палки! Идите ешьте!

– Я иду, иду, – смущённо проговорила женщина, шагая к кухне.

В этот миг взгляды высшего мага и воина встретились.

– Привет, Денис, – сказал Милесский без улыбки.

– Привет, Алан, – ответил зеленоглазый колдун с прохладцей в голосе.