Неправильная Сайко Аймара

Городская суета казалась мне всегда чем-то особенным, ведь в городе у каждого так много дел, и всё время что-то происходит: то ярмарки, то концерты, то приёмы… не то что в удалённом имении, где зимой такая тоска, что хоть на луну волком вой. Я и выла, как раз волком. Но это то, что никому не следует знать.

Жаль, что Бейрок так близко, жаль, что он такой небольшой, и на севере, и мне будет практически нереально затеряться здесь со своей специфически-южной внешностью, особенно когда закончится раствор для изменения цвета глаз, которые мне выдаёт некромант… Так что здесь остаться я не смогу.

Да и не хочу, наверное. Нужно южнее. Не в столицу, а на самый южный край…

С хозяином таверны Тайр сторговался довольно быстро: нам – ночлег, еда и половина того, что набросают посетители, если им выступление понравится. В грядущем вечере меня напрягало всё. И ночлег – нигде не прозвучало, что это будут отдельные комнаты, и предстоящее выступление – ведь это большое скопление народа, а что если им не понравится? А что если кто-то меня узнает? Шансов почти нет, ведь все, кого я знаю, вряд ли пойдут в простую таверну, но вот прислуга… Я даже не помню их, а что если они запомнили меня? Умом я понимала, что вряд ли: с короткой стрижкой, в мужской одежде и с чёрными глазами я максимум могу вызвать какие-то невнятные ассоциации, которые спишут на грешки и любвеобильность моего отца, которого я не знала, но мало ли на свете чем-то похожих людей… Но это умом.

А сердце всё равно сжималось в тугой комок и билось как сумасшедшее.

Хорошо ещё, что мне не нужно было сидеть рядом с Тайром во время его выступления, я затаилась в тени, в переходе между кухней и залом, и слушала оттуда. Я думала, Тайр будет только играть, но он ещё и пел… И как пел! Хотелось слушать, слушать и слушать, и от каждого слова внутри рождалось странное, щемящее чувство, словно я желаю чего-то, что никогда не будет мне принадлежать. Как присвоить солнце. Или запросить себе в подружки луну, а в мужья – ветер…

Зрителям нравилось.

Хозяин таверны – низкий, полный, но очень живенький и довольно молодой мужчина – был доволен. Из обрывков разговоров подавальщиц я поняла, что посетители сидят куда дольше и заказывают больше, чем обычно. Многие угощали музыканта, Тайр благодарил, однако не пил ничего кроме воды. Отшучивался так, что вроде и не обидно никому было, даже самым поднабравшимся уже зрителям.

– Эй! – меня ухватила за руку одна из подавальщиц, и я испуганно на неё уставилась.