Неправильная Сайко Аймара

Сделала вид, что лошадь устала, а я с ней не справляюсь. Некромант так и не обернулся, и вскоре был уже шагов на двести впереди, и продолжал удаляться. Я огляделась. Остановила лошадь совсем. Она недовольно дёргала головой, выдирая из рук повод. Я набрала его ещё больше… и послала лошадь в галоп. По короткому кругу, а потом в сторону, в лес, постоянно подгоняя, не давая ей сбавить темп. Давай, родная, давай! И в тот момент, когда я уже поверила, что всё удалось, лошадь резко сделала скачок в сторону и остановилась как вкопанная.

Впрочем, тут же пришлось броситься в сторону, чтобы не попасть под копыта. Говорят, лошадь никогда намеренно не наступит на человека, но моя, кажется, была не в себе. Она металась, беспокойно ржала и давно бы бросила меня и сбежала… если бы не смыкающийся кругом отряд нежити.

Я шагнула к лошади, поймала повод, удержала, поглаживая бедняжку по морде. Не бойся. Ты не бойся. Это я виновата. Прости. Выбрала не то направление. А ты молодец, умничка… Зомби шагнули ближе. И я поняла, что мне самой тоже нужен кто-то успокаивающий.

– Леди Сайко.

Парадоксально, но мне стало легче, хотя прозвучало моё имя почти как щелчок хлыста.

– Лошадь понесла… – пролепетала я, мысленно прося у лошади прощения.

– Если вы не можете справиться с живой лошадью, леди Сайко – о, как он подчеркнул это «живой», мурашки по спине! – я могу дать вам другую.

– Н-нет! – выкрикнула я, даже толком ещё и не представив.

Нет, нет, нет! Я не сяду на зомбо-лошадь, я лучше пойду пешком, и я не хочу думать, откуда некромант собирался брать материал для зомбо-лошади.

– Не надо! Больше не повторится! Я… Я умею. Смогу. Спасибо.

Зомби отступили. Я немного успокоила лошадь, и повела её в поводу вслед за некромантом. Она не даст сейчас на себя сесть, это я хорошо чувствую.

Впрочем, некромант тоже вскоре спешился, а потом мы вышли к озеру, и я поняла, что здесь будет привал. В лесу, под открытым небом… Впрочем, не знаю, есть ли что в этом лесу страшнее, чем слуги моего спутника.

Они развели костёр, притащили сухие ветки, и растворились в лесу.

– Они не говорят? – спросила я зачем-то. Мне некстати совсем подумалось, что некромант очень, очень одинок.

Он не ответил.