Месть Аники дес Аблес

– Да, мой Господин, – подчёркнуто спокойно произнесла я и вскрыла первый конверт.

Ну… что тут скажешь. Женщины нынче пошли нескромные, напористые и знающие себе цену. Периодически я не могла удержаться и бросала любопытные взгляды на Императора – неужели так, как пишут эти женщины, и правда можно, и неужели он и в самом деле это практикует? Бросала, пока не заметила, что Ашш-Ольгар отложил бумаги и насмешливо за мной наблюдает.

– У Вас есть какие-то конкретные пожелания, мой Господин? – решаю всё-таки уточнить.

– Есть, – кивает мой венценосный собеседник. И начинает перечислять, скользя по мне взглядом. – Зеленоглазая, темноволосая, рост чуть выше среднего, стройная… стражница Ика.

– Тут, – выразительно взмахиваю пачкой портретов, вытащенных из писем, запрещая себе смущаться, но всё равно заливаясь краской, – такой нет. Простите, мой Господин. Вот, рассмотрите, например, леди Лику. Она пишет, что в совершенстве владеет парой десятков каких-то особых поз и… ещё каким-то тайным искусством.

Вообще-то, леди Лика приводила и названия тех самых поз и то искусство, которым владеет, но так как названия мало что мне говорили, я моментально всё забыла.

Листок с письмом упомянутой леди перекочевал в руки Его Императорского Величества и тут же вспыхнул, осыпаясь горсткой пепла.

– Нет, – сказал Он.

– Тогда леди Найну, – не сдалась я. – Она отличается феноменальной гибкостью и…

Один взгляд, и письмо леди Найны также съедает огонь.

– Леди Кринна? – уже без особой надежды предлагаю я. – У неё глаза зелёные…

Зеленоглазая блондинка удостаивается чуть более пристального внимания – всего на долю секунды дольше, и повторяет судьбу других кандидаток. И от этого мне снова становится здорово не по себе. Кажется, он сейчас отвергнет их всех, а потом уставится требовательно на меня своими серебряными глазищами и велит раздеваться, ибо другую любовницу я ему подобрать не смогла, а предаться разврату Его Императорскому Величеству хочется!

И в самом деле, письма вспыхивают одно за другим, и я всё больше нервничаю, а ему, похоже, всё веселее.

– Насколько широко простирается твоё «нет», Ика? – очень вкрадчиво спрашивает Император, и мне хочется крикнуть, что очень-очень широко, буквально на всё, потому что иначе, кажется, он сейчас прикажет мне сделать что-нибудь этакое… но я почему-то молчу, вперив взгляд в стол.